Тэа Тауэнтцин. «Любовь моя последняя»

– Да… Но она не лежала в постели… Она стояла за дверью, ждала меня, а потом – потом ударила.

– Как выглядит Этта Ахенваль?

– Блондинка, как и я… Ты же знаешь, Харальд. Мне жаль ее. Может быть, и я могла бы так ненавидеть. Но моя голова! Мне так больно… Останься со мной, Харальд. Они не могут тебя забрать! Я хочу жить, жить! – Лора тяжело вздохнула, и сознание покинуло ее.

– Все, достаточно, – взволнованно проговорил профессор Троге и вызвал медсестру, которая сразу же появилась в палате.

Фрайтагу здесь больше нечего было делать, и он, попрощавшись, удалился.

Он шел по больничному коридору, погруженный в размышления, и даже не заметил своего помощника Дундалека, пока тот не схватил комиссара за руку и указал на высокого рыжеволосого мужчину, стоящего у окна.

– Фройдберг объявился у нас час назад. Его допросил инспектор Борхард и потом послал меня с ним сюда.

– Я скажу ему пару слов, а вы подождите, – кивнул Фрайтаг и подошел к мужчине. – Господин фон Фройдберг?

Тот нервно повернулся к комиссару.

– Что вам угодно?

Фрайтаг слегка улыбнулся.

– Ничего официального, господин Фройдберг. Мы же не монстры… Я только хочу сказать, что у вашей жены дела не так уж и плохи, и ее жизни ничего не грозит. Думаю, вы рады это слышать.

Фройдберг облегченно вздохнул и сразу же стал вежливым.

– Спасибо, господин комиссар, она в сознании?

– Еще не совсем, нужно какое-то время. Поговорите с профессором Троге. Он вам все объяснит. Мне жаль, что мы не сумели предотвратить...

– Вот именно, – перебил его Фройдберг. – Как можно было допустить подобное? Разве квартира не охранялась?

– Для этого не было никакого повода, так как там никто не жил. Ведь госпожа Ахенваль живет в отеле.

– Но она договорилась встретиться с Лорой в своей квартире.

– Вы знали об этом, господин Фройдберг?

– Нет. Мне только что сказала об этом Рут Хинрих.