— Ваш садовник читал газеты?
Гроувер утвердительно кивнул.
— На него можно положиться?
— Лично я доверил бы ему даже собственную жизнь. Он чрезвычайно нам предан — работает у лет двадцать.
— Как его зовут?
— Барни Шефф. Моя мать приняла большое участие в его судьбе, можно сказать, перевоспитала eго.
— У него были неприятности?
— Сидел в тюрьме?
— Совершенно верно.
— А потом что?
— Потом вышел на свободу, моя мать предоставила ему эту работу, и с тех пор он безмерно предан нашей семье.
— У вас имеется оранжерея?
— Конечно.
— А вы досконально исследовали возможность выращивания орхидей?
— Нам нет нужды выращивать орхидеи, мы их покупаем и...
— Меня интересует, — повторил адвокат с прежней интонацией, медленно произнося слова, — досконально ли вы изучили возможность выращивания орхидей в вашей оранжерее?
— Я же вам ответил, что мы...
— Досконально ли вы изучили возможность выращивания орхидей? — снова произнес адвокат.
— Вы имеете в виду... А-а-а, вы хотите, чтобы я отослал Барни...
— Тщательно изучить возможность разведения орхидей.
В 4-м номере читайте о женщине незаурядной и неоднозначной – Софье Алексеевне Романовой, о великом Николае Копернике, о жизни творчестве талантливого советского архитектора Каро Алабяна, о знаменитом режиссере о Френсисе Форде Копполе, продолжение иронического детектива Ольги Степновой «Вселенский стриптиз» и многое другое.