Хопкинс грустно проговорила:
– Если бы я догадалась захватить чаю для заварки.
Элинор припомнила:
– Там, в буфетной, осталось чуть-чуть в жестянке.
Лицо медсестры прояснилось.
– Я мигом поставлю чайник. Молока, наверное, не найдется?
– Немного есть.
– Тогда все в порядке! – воскликнула Хопкинс и поспешно вышла из комнаты.
Девушки остались одни. Атмосфера была странно напряженной, и разговор не клеился. Мэри ежилась под пристальным, испытующим взглядом Элинор. Потом вдруг, собравшись с духом, прервала молчание:
– Мисс Элинор, вы не должны думать... Быстрый надменный взгляд другой остановил ее.
– Чего я не должна думать? Голос был словно сталь.
– Я... я забыла, что собиралась сказать, – пролепетала Мэри.
Хопкинс вошла с подносом, на котором красовались коричневый заварочный чайник, молоко и три чашки. Не замечая царившей скованности, она весело провозгласила:
– Вот и чай готов!
Хопкинс поставила поднос перед Элинор, но та покачала головой:
– Я не буду.
Она пододвинула поднос поближе к Мэри. Девуш--ка налила две чашки. Медсестра вздохнула с видом полного удовлетворения:
– Чай свежий и крепкий.
Элинор встала и отошла к окну. Хопкинс заботливо обратилась к ней:
– Может, все-таки выпьете чашечку, мисс Эли
В 4-м номере читайте материал Кобы Гаглоева о беспрецедентной операции по эвакуации тел наших погибших бойцов из промзоны Авдеевки в мае 2023 года, интервью с Анжеликой Стубайло – в прошлом гимнасткой с мировым именем, в настоящее время – актрисой и телеведущей, о необычном авторе одного из самых известных юфелирных яиц фирмы Карла Фаберже, о жизни и творчестве американского писателя Скотта Фицджеральда, о печальной судьбе русского художника-авангардиста Владимира Татлина, остросюжетный роман Наталии Солдатовой «Черный человек» и многое другое