Кирилл опешил.
– Никаких ключей я ей не давал. Не понимаю...
– Вот видишь. А говоришь, что понимаешь все. Девушка регулярно появляется в твое отсутствие и, между прочим, подходит к телефону, я проверяла.
– Вот это номер, – призадумался Кирилл. – А я все гадаю, почему мне перестали девушки звонить. Да и приятели как-то звонками не балуют. Ты уверена, что у нее есть ключи?
Нина пожала плечами.
– Дружок, если я дома и слышу шум в нашем тамбуре, обязательно подхожу к глазку. Особенно если знаю, что тебя нет дома. Правда, первый раз я подумала, что это ты, хотела о чем-то попросить, уж не помню о чем, посмотрела в глазок и увидела, как твоя красавица сноровисто отпирает дверь.
– И что же теперь делать? – простонал Кирилл. – Попробовать выгнать? Или просто ключи отобрать? Хотел бы я, кстати, знать, как она их заполучила.
– Ну, тут-то все просто. Она ведь твоим гардеробом заведует, так?
– Так.
– А пока ты на съемочной площадке крутишься, у нее полно времени, чтобы вытащить ключи у тебя из кармана, аккуратненько заказать копию, а оригинал вернуть на место. Молча.
– Вот поговорю я с ней сегодня, – пригрозил Кирилл. – Сейчас пойду к себе, растолкаю, если уже заснула, и устрою допрос с пристрастием.
– Флаг тебе в руки, барабан на шею, – с состраданием отозвалась Нина.
– Ага, и электричку навстречу, – хмыкнул Кирилл. – Ладно, пойду разбираться. Хотя терпеть этого не могу.
«Разбора полетов» на сей раз не получилось. Лариса действительно уже спала, просыпаться для беседы не пожелала, но потягивалась и жмурилась так соблазнительно, что Кирилл не устоял. А, не устояв, хотел уже только одного: уснуть рядом с обольстительной нахалкой. Что и сделал, подумав напоследок, что поговорить успеет и завтра.
Но «завтра» поговорить тоже не получилось. Лариса торопилась на работу, от любых более или менее серьезных вопросов виртуозно уклонялась, навела красоту и упорхнула. Кирилл, конечно, несколько огорчился, но, с другой стороны, испытал и что-то вроде облегчения: выяснять отношения он не любил, не умел и никогда не стремился. Если можно было этой процедуры избежать – избегал, поэтому философски пожал плечами, спокойно позавтракал и отправился на прослушивание, точнее, просматривание. Ему опять предлагали роль без слов, только на сей раз не бандита, а охранника.
Решительный разговор все откладывался и откладывался, а Лариса вела себя все увереннее. Кирилл и не заметил, как веселая, покладистая девушка превратилась в капризную, не признающую никаких возражений особу. Когда-то приятные и романтические вечера постепенно переходили в полную противоположность: скандалы Лариса устраивала с таким же мастерством, с каким изображала из себя ласковую кошечку.
– Нинок, я больше не могу, – выпалил как-то Кирилл во время очередных «посиделок» с соседкой-подругой. – Она доводит меня своими придирками и какими-то глупыми претензиями до белого каления, а потом устраивает сцену страданий и рыданий, плавно перетекающую в бурное примирение. Мне надоело.
– Ну, и скажи ей об этом, – равнодушно бросила Нина.
Ей было жаль Кирилла, но и досадно одновременно. Неглупый вроде бы мужик угодил в примитивную западню, куда ежедневно попадают тысячи его братьев по несчастью. Скандальные женщины обладают для мужчин какой-то магической привлекательностью и привязывают к себе куда прочнее, чем тихие и бесконфликтные. Хотя представители сильного пола с пеной у рта утверждают, что терпеть не могут склок и скандалов, они вновь и вновь с завидной регулярностью оказываются в их эпицентре. Загадка, разгадать которую еще никто не смог.
Сначала Лариса жаловалась на то, что Кирилл стыдится ее и поэтому не знакомит ни с кем из своих друзей. Кирилл, наконец, сдался, и на вечеринку, устроенную его приятелем по случаю дня рождения, взял с собой Ларису. Вроде бы все прошло гладко, но по возвращении домой Лариса рыдала часа два: оказывается, Кирилл заставил ее провести вечер в обществе пьяниц, сквернословов и девиц легкого поведения, которые, к тому же, открыто выражали ей свое пренебрежение.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Рассказ. Публикация Станислав Никоненко
Рассказ
Рассказ. Публикация - Станислав Никоненко
Из сборника Э. Бутлер «Свиньи – всегда свиньи», 1927 г. Перевод с английского Е. Толкачева. Публикация Рафаэля Соколовского
Январь 2009