Светлана Бестужева-Лада. «Новое амплуа»

  • В закладки
  • Вставить в блог

– Попробуйте.

– Пойдешь?

– Пойду. Только я сегодня на работу в джинсах пришла...

– Подумаешь! – фыркнул Кирилл. – Я тоже в джинсах. Мы же не в «Гранд-отель» собираемся...

Если Лариса и была разочарована тем, что пригласили ее не в «Гранд-отель», то ничем этого не показала. И первое свидание прошло без сучка, но с задоринкой, и закончилось вполне традиционно для Кирилла – в его же постели. Лариса снимала квартиру пополам с приятельницей и к себе кавалера пригласить при всем желании не могла. Хотя... трудно сказать, было ли у нее такое желание, скорее куда больше ее привлекала перспектива оказаться в гостях у него.

Больше всего Кирилла поразило то удивительное равнодушие, с которым Лариса отнеслась к его двухкомнатным апартаментам. Как правило, девушки, туда попадавшие, с утра пораньше начинали примерять на себя роль хозяйки этого гнездышка: готовили нехитрый завтрак, мыли посуду, сетовали на то, как все запущено. Кирилл же тихо стервенел и ждал, когда же, наконец, дорогая гостья уберется восвояси.

С Ларисой все оказалось иначе. Утром она только спросила, есть ли у него кофе: на работу надо приходить бодрой, а она никак не может толком проснуться. И беспорядок в квартире никак не прокомментировала. Быстренько, не дожидаясь, пока Кирилл к ней присоединится, выпила чашку посредственного растворимого кофе, стрельнула у хозяина сигаретку, а на прощание сказала:

– Увидимся в гримерке. – И испарилась.

Словом, никаких отклонений от привычного сценария в первые пару недель после этой ночи не было. Наоборот, сплошное блаженство: в телестудии они притворялись, что едва знакомы друг с другом, а вечерами... Вечерами гуляли по Москве, сидели в тихих барах, целовались, приходили к Кириллу домой и... И Лариса тут же превращалась в страстную тигрицу, чтобы утром, наспех проглотив чашку кофе, убежать на работу. Или домой – переодеться, выспаться, привести себя в порядок.

Все было прекрасно и изумительно, но месяца три спустя Кирилл проснулся со знакомым чувством пресыщенности. Пьеса сыграна, все реплики известны наперед, и вообще пора, как он про себя выражался в таких случаях, «сменить пластинку».

Не тут-то было!

Лариса тоже не чужда была актерскому миру. Во всяком случае, три раза подряд пыталась поступить в театральное училище, и всякий раз ей тактично внушали, что длинные ноги и очи с поволокой ни в коей мере не компенсируют полного отсутствия дарования, и пусть она выбирает любую другую профессию – от космонавта до врача, где наверняка станет неплохим специалистом. Но актрисой, даже очень плохой, не станет никогда.

Лариса же не поверила, что у нее нет таланта. В быту она прекрасно умела перевоплощаться и из разъяренной мегеры мгновенно становилась белой и пушистой – в зависимости от обстоятельств. А уж когда познакомилась с Кириллом и захотела стать его законной женой...

Да-да, именно это желание возникло у нее, как только она впервые переступила порог холостяцкого жилища. Окрутить этого молодого, симпатичного, беспечного холостяка, войти с его помощью в самый настоящий актерский мир, и, возможно, найти более подходящего для выстраивания карьеры спутника жизни. Предварительно разведясь и получив половину жилплощади.

Да, до нее из разных источников доходили слухи о том, что Кирилл – не из тех, кто женится, а, наоборот, из тех, у кого перспектива пойти под венец вызывала просто физическое недомогание. Ну, и что? Переломить такое отношение к браку не сложнее, чем любой другой каприз, главное, взяться покрепче и действовать по-умному.

А это, как считала Лариса, было не сложнее, чем изображать африканские страсти или равнодушие к бытовым проблемам. Сломается мальчик, никуда не денется. В худшем варианте сойдет и гражданский брак – на какое-то время, а там видно будет. Главное зацепиться, да покрепче, чтобы стряхнуть не смог.

Какое-то время действительно продолжалась идиллия, но потом Кирилл обнаружил, что любовница отнюдь не торопится убежать домой или на работу после приятно проведенного времени, а, наоборот, практически все свободное время проводит либо с ним, либо у него. На подзеркальнике в ванной незаметно появились всевозможные флакончики и баночки, там же на крючочке, специально приделанном Ларисой, повис яркий купальный халат, в прихожей «прописались» домашние туфельки. Вдобавок у нее появилась чудная привычка: приходить без звонка и даже намека на предстоящее появление и вольготно располагаться на жилплощади любовника. Вот тут Кирилл и встревожился: связь приобретала характер постоянный, а это уже явно выходило за рамки привычных для него отношений. Более того, бесцеремонность Ларисы напрягала и довольно сильно.

Логичнее всего в этой ситуации было бы деликатно указать девушке на дверь и забыть этот роман, как некий сон. Но трудность заключалась в том, что роман-то, как таковой, Кирилла вполне устраивал. Любовницы лучше Ларисы у него еще не было, и отказываться от такого удовольствия жалко: еще несколько недель вполне можно было бы предаваться неземным наслаждениям. Но жениться?!

– Угораздило же меня так вляпаться! – пожаловался он как-то Нине, в очередной раз спасаясь у нее от Ларисиного набега. – Послать подальше – не мое амплуа, я привык расставаться с женщинами по-джентльменски, друзьями. А эта прицепилась, как репей к хвосту. И хотя о женитьбе не заговаривает, на это у нее ума хватает, но подтекст любого разговора именно такой, я же не полный идиот, все понимаю.

– А зачем ты ей дал ключи от своей квартиры? – поинтересовалась Нина.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере читайте о судьбе «русского принца Гамлета» -  императора Павла I, о жизни и творчестве Аркадия Гайдара, о резком, дерзком, эпатажном, не признававшем никаких авторитетов и ценившем лишь свой талант французском художнике Гюставе Курбе,  о первой женщине-машинисте локомотива Герое Социалистического Труда. Елене Чухнюк, беседу нашего корреспондента с певцом Стасом Пьехой, новый детектив Андрея Дышева «Жизнь на кончиках пальцев» и многое другое

Виджет Архива Смены

в этой рубрике

Сомерсет Моэм. «Любовь и русская литература»

Рассказ. Перевод с английского - Виктор Вебер

Эдвард Хох. «Великий американский роман»

Рассказ. Перевод с английского Виктора Вебера

в этом номере

Рыцари зеленого стола

Лучшие снукеристы докатили шары до российских луз

Орден имени Вадима Степанцова

Куртуазные маньеристы празднуют юбилей