Испытание чувств

Сергей Макеев| опубликовано в номере №1379, ноябрь 1984
  • В закладки
  • Вставить в блог

Рассказ

Студенческое общежитие в Морковине не очень жаловали студенты нашего университета.

Во-первых, Морковино – это ужасно далеко: час на электричке да еще минут двадцать на автобусе. Автобусы же на загородных линиях ходят редко и не по расписанию.

Во-вторых, общежитие в Морковине устроено в бывшем доме отдыха – легких фанерных домиках с остекленными верандами.

Летом в Морковине благодать и до реки недалеко. Но вот зимой...

Чтобы сделать из дачного поселка зимовье, установили батареи отопления и кочегарили так, что прикоснуться нельзя. Но тепло улетучивалось, как из спичечного коробка.

Учились морковинцы на разных факультетах. И постепенно в общежитии сложился особый тип всезнающего студента, нахватавшегося – по верхам. конечно. – зато из всех областей знаний.

Но вот уж чего не было в Морковине, так это соперничества, зависти к отличникам, ненависти к выскочкам.

Все учились так себе, как говорится, ни шатко, ни валко. Но никто не жалел времени, чтобы натаскать соседа, пропустившего занятия (по любой причине!). Все жили вполсыта, но подкармливали тех, у кого по ночам особенно громко урчало в животе.

В холодные месяцы морковинцы сообща отдавали по одному одеялу (на зиму комендант выдавал по два) и забивали ими окна. А в сильные морозы скучивались в один корпус... Так зимовали в Морковине. И странное дело: никогда не было в общежитии ссор, пустых дрязг и жалоб друг на друга.

На зимние каникулы почти никто из морковинских обитателей не покидал общежития. Лишних денег не водилось, а зимние дни так коротки! Несколько освободившихся коек занимали заочники, приехавшие на зимнюю сессию.

Зато летом большинство постояльцев отправлялось на родительские хлеба. Только те, у кого не было ни кола ни двора, оставались беречь местные традиции.

Опять наезжали заочники, теперь уже в большом количестве. Тоже не всякие, а лишь те, кто не выполнил учебный план, не прислал контрольных работ, не сдал хвостов» до сессии. Таких не селили в городском общежитии.

Во время летней сессии тут было шумно. Сутками не спали. Но кончалась сессия, разъезжались мимолетные гости – и замирало общежитие. Теперь уж надолго, до осени.

 

И жил в Морковине Костя Протопопов. Учился на филологическом, на отделении восточных языков. В морковинскую глушь он попал потому, что запоздал к началу вступительных экзаменов. И застрял: не искал лучшего места жительства. Нравилось ему тут, что ли?

Морковинцы любили Костю. Он честно делил со всеми тяготы отдаленного житья и никогда не ставил себя выше прочих. Когда бывали в Морковине праздники – день рождения у кого или так просто пирушка, – звали Костю.

Приехал он откуда-то с юга. Отец и мать души в нем не чаяли, но не любили друг друга. И Костю взяла к себе тетка, простая и добрая женщина с двумя детьми, обитавшая в собственной хатке на окраине, державшая кабанчика и кур. Костя прожил у нее четыре года. Летом подрабатывал в соседнем совхозе, чтобы не быть дармоедом. После школы прочитал «Справочник для поступающих в вузы» и махнул к нам.

Тетку и всех родных очень удивил Костин выбор. Втайне они были уверены, что все люди говорят по-людски, стало быть, по-русски, с южным акцентом.

Но это решение возникло у Кости не вдруг.

Костина тетка любила индийские фильмы. Она была очень чувствительна, часто ходила на «индейцев» и Костю с собой брала. Эти фильмы делали полные сборы: люди на них смеялись и плакали, но плакали легкими, счастливыми слезами.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В июльском номере читайте о трагической судьбе младенца-императора Иоанна Антоновича, о жизни и творчестве замечательного писателя Ивана Лажечникова, о композиторе Александре Бородине - человеке весьма и весьма  оригинальном, у которого параллельно шли обе выбранные им по жизни стези – химия и музыка, об Уильяме Моррисе -  поэте, прозаике, переводчике, выдающимся художнике-дизайнере, о нашем знаменитейшем бронзовом изваянии, за которым  навсегда закрепилось имя «Медный», окончание иронического детектива  Елены Колчак «Убийство в стиле ретро» и многое другое



Виджет Архива Смены