Знает. Откуда? Гуров посмотрел на паренька, который встал со стула и переминался с ноги на ногу. Какое мне, собственно, дело? Еще один из тысячи жуликов останется на свободе. Я неплохо поработал, все впустую. И ведь он смеется надо мной.
— Мне звонили?
— Никак нет, товарищ подполковник! — Паренек вытянулся.
— Заходил кто? — Гуров смотрел не на милиционера, а на Лебедева.
Юрий Петрович чуть заметно прикрыл глаза и отвернулся.
— Никак нет!
Парень врет, решил Гуров. И тут же вспомнил, что Отари в коридоре крикнул, и, значит, Лебедев просто услышал. Все просто, но какое ему, собственно, дело? Гуров вышел в коридор, хотел пройти мимо номера Артеменко, но следователь его окликнул:
— Лев Иванович, можно вас на минуточку? Видимо, тело находилось в спальне, следователи
сидели в гостиной, ждали врача, эксперта и понятых.
— Как же это могло произойти? — спросил возмущенно Леднев. — Мне этот человек был совершенно необходим, я искал его семь месяцев, наконец, нашел. Буквально под носом убирают неугодных свидетелей; мы где находимся, в Сицилии?
Гуров не выдержал.
— Я в Сицилии не бывал. Убили свидетеля непосредственно под вашим носом. Именно вы оставили Артеменко одного.
— Работай, Ашот Нестерович, мне здесь делать нечего. — Леднев взял портфель. — И не привлекай, пожалуйста, к работе людей посторонних.
Гурову было не смешно, но рассмеялся он искренне.
— Посторонний интересуется, некто Лебедев Юрий Петрович вам не нужен?
Леднев словно не слышал, пожал следователю руку и вышел.
— Ты не поверишь. Лев Иванович, но Игорь — отличный мужик и великолепный работник, — сказал следователь. — Выдохся он вконец. Признался, что вторую неделю почти не спит. Нервное истощение.
— В стране обновление идет, перестройка, а мы, истощенные, нервные, друг на друга бросаемся.
— Взвод перестроить легко, подал команду, и порядок, — ответил следователь. — Лебедев у тебя? Сейчас группа приедет, начнем работать, и я к нему пройду. Тебе не надо его видеть, позже меня просветишь, что к чему.
— Спасибо.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.