– Сказал, что ненадолго.
– Если ненадолго, то это ничего, это терпимо, – подбодрил Егор и, выпустив густое облако голубоватого дыма, спросил: – Домой-то чего нейдешь? Простынешь. Я вон мужик, а и то прохватывает.
– А куда идти-то, – то ли спрашивая, то ли отвечая, чуть слышно промолвила Васса.
Егор удивленно посмотрел на нее.
– Как это куда? Домой!
– Домой, – горестно вздохнула Васса. – А кто меня там ждет, дома-то? Пустота да тишина.
Егор крякнул. Хотел еще что-то сказать, но замолчал на полуслове. Задумался.
– Слышь, Егор, – после продолжительного молчания окликнула его Васса. Тот вздрогнул. Щелчком отправил папиросу в сторону, обернулся.
– Я, Егор, вот думаю, а одного в толк взять не могу. Кто же мне, старухе, этакое бессердечное наказание принес? Одну оставил... Разве ж я за жизнь-то свою обидела кого или, может, что не так сделала? А может, и сделала что, да за суетой да хлопотами и не заметила. А оно заметило, вспомнило...
Егор некоторое время смотрел на склоненную голову старой женщины, из-под клетчатого платка которой выбивались седые пряди. Потом недоуменно спросил:
– Кто оно-то?
– Не знаю я... Но ведь одна же я осталася. Вот она я, здесь. А сын уехал. Сам видел. Не может же быть того, чтобы человека ни за что ни про что наказывали.
Егор хмыкнул. Потер подбородок, согласился:
– Это верно. Наказывать – надо знать, за что.
– Я так думаю, Егор, что всю жизнь ко мне это, оно, одиночество, подбиралось. Тихохонько, незаметно. Оно и мужа моего, Григория, если помнишь, на фронте жизни лишило, и меня состарило, а теперь вот и сына отняло.
– Кто отнял-то?! – рассердился Егор. – Выдумываешь ты все, Мефодьевна. Сама подумай. Какая, разреши у тебя спросить, сила это все делает? А?
Васса не ответила.
– То-то, – удовлетворенно пробасил Егор. – А вот если...
Бум-м! Оборвал Егора чистый литой звук. Васса вздрогнула. Егор вздрогнул. У висевшего слева от входной двери, ведущей в зал ожидания, станционного колокола стоял мальчишка.
– Я вот тебе! Счас все уши оборву!
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.