Шедевры моде не подвластны

Леонид Плешаков| опубликовано в номере №1307, ноябрь 1981
  • В закладки
  • Вставить в блог

С композитором Алексеем Мажуковым беседует специальный корреспондент «Смены» Леонид Плешаков

– С самого начала нашего разговора. Алексей Сергеевич, мне хочется обозначить предмет, о котором пойдет речь.

Итак, шлягер – это музыкальное произведением (обычно песня), приобретающее на короткое время исключительную популярность, нередко благодаря господствующей моде, а не художественным качествам.

В этом определении, которое дает шлягеру энциклопедия, легко уловить негативный оттенок по отношению к нему. Причем главная его черта – соответствие господствующей моде – здесь выглядит как сомнительное достоинство.

Поэтому ради справедливости, я думаю, следует вспомнить, что этот музыкальный термин происходит от немецкого слова «шлаг», что в зависимости от контекста может означать и «удар», и «бой часов», и «биение сердца».

– Добавлю, что родившийся в XIX веке термин своим возникновением обязан особенно активной реакции публики на отдельные, имевшие в то время большую популярность номера венской оперетты и музыкальной комедии. Заметьте, в основу определения жанра положен критерий воздействия «Schlagkraft», что означает «ударная сила».

– Так что при желании шлягер можно образно трактовать как музыкальный боевик, который держит руку на пульсе моды.

– И тем не менее у нас это слово чаще употребляется с плохо скрываемым отрицательным оттенком, что, на мой взгляд, неверно, несправедливо да и странно.

– Вы считаете, что шлягер «обижен» незаслуженно?

– Так мне кажется. В бытующем ныне понимании этого термина подспудно проходит мысль: музыкальное произведение, популярность которого непродолжительна, вряд ли может отличаться высоким качеством. А если эта популярность завоевана благодаря господствующей моде, то уж и вовсе плохо.

А, собственно говоря, почему? Разве доказано, что мода – синоним пошлости?

Порой, чтобы отмахнуться от какой-то песни, мелодии, перечеркнуть ее достоинства, пренебрежительно роняют: однодневка. На мой взгляд, это довольно спорный критерий. У каждого музыкального произведения свои задачи. Поэтому вполне допустимо, если некоторые из них – скажем условно – живут только один день, а не сто лет. Чем, собственно, порочна установка на сиюминутность? Это как в природе: ворон, говорят, живет триста лет, а какая-нибудь бабочка – всего неделю. Зато как ярок и прекрасен ее наряд, как радует взгляд ее полет! Разве становится она безобразнее оттого, что мы знаем: ее жизнь коротка? Так и шлягер: красивая, созвучная времени мелодия радует людей, легко подхватывается.

И вот еще на какую особенность хотел бы обратить внимание. У кого-то понятие «шлягер» ассоциируется с недолговечностью: если шлягеры – значит, обязательно музыка с короткой по времени популярностью. Хотя на самом деле среди них есть нестареющие мелодии. Проходят десятилетия, а они по-прежнему притягательны. Не случайно же возник термин «evergreen» – «вечнозеленый». Меняются стили, ритмы, приемы. Эти мелодии аранжируются композиторами в соответствии с новыми направлениями, они живут и нравятся новым поколениям молодых, как в свое время нравились их бабушкам и дедушкам. Это шлягеры на все времена, золотой фонд музыки.

– Какие, например?

– Их много! Безусловно, это «Дым» Керна, «Жизнь в розовом цвете» Эдит Пиаф. Многие песни Гершвина, «Капли дождя» Бохареха.

Эти мелодии бессчетное число раз перерабатывались. Их исполняли на свой лад самые разные по составу и манере оркестры, многие знаменитейшие певцы мира включали их в репертуар, стараясь показать что-то «свое». И всегда, при любой из множества трактовок эти шлягеры оставались самими собой, прекрасными мелодиями, которые поныне звучат и приняты во многих странах. И таких произведений можно назвать немало.

А наши песни! «Полюшко-поле» Льва Книппера. «Ой, цветет калина» Исаака Дунаевского и его же мелодии ко многим кинофильмам, «Катюша» Матвея Блантера, «Тайга золотая» Владимира Пушкова, «Темная ночь» Никиты Богословского, «Одинокая гармонь» Бориса Мокроусова, «Подмосковные вечера» Василия Соловьева-Седого. Кстати, шлягером может стать не только развлекательная и танцевальная музыка. В широкой трактовке этого понятия свойствами шлягерности может обладать и оперный номер. Вспомним «Песенку герцога» из «Риголетто» или тему любви из оперы «Травиата» Верди, куплеты тореадора из оперы «Кармен» Бизе, хор «Улетай на крыльях ветра» из оперы Бородина «Князь Игорь».

Так что шлягер шлягеру рознь.

– Я согласен с вами. Алексей Сергеевич, но, надеюсь, и вы со мной согласитесь, что известный оттенок пренебрежительности по отношению к шлягеру происходит не только оттого, что какая-то мелодия или песня сделаны на злобу дня, в угоду моде, становятся популярными на очень короткое время. Дело даже и не в том, что одни из них могут исполняться любым и каждым, а другие требуют профессиональной подготовки и поэтому не «подхватываются народом». Мне кажется, причиной всему то, что порой в шлягеры проскакивают ремесленнические поделки отнюдь не самого высокого порядка.

– Но сам-то он как жанр при чем? Неудачными могут оказаться и опера, и симфония, и музыка для балета, и. разумеется, песня.

– С той только разницей, что неудачная опера вряд ли может рассчитывать на популярность, вернее сказать, на большую аудиторию. А вот песни... Сколько их, невыразительных, сереньких, пошловатых, порой откровенно халтурных, с успехом звучит с самых уважаемых концертных площадок, заполняет эфир, ревет на танцевальных вечерах и, что еще хуже, подхватывается молодежью, воспитывая, если можно так выразиться, антивкус.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере читайте об удивительном человеке, писателе ученом, враче, авторе великолепной хроники «Пушкин в жизни» Викентии Вересаеве, о невероятном русском художнике из далекой глубинки Григории Николаевиче Журавлеве, об основоположнице теории русского классического балета Агриппине  Вагановой, о «крае  летающих собак» - архипелаге Едей-Я, о крупнейшей в Европе Полотняно-Заводской бумажной мануфактуре, основанной еще при Петре I, новый детектив Андрея Дышева «Бухта Дьявола» и многое другое.



Виджет Архива Смены