УГАРОВ. Может, и преступник, а может, и почище преступника. Так вот, поднимаемся мы сегодня, извиняюсь, с похмелья.
АНЧУГИН. В общем, дело такое. Тут я давеча шутки ради крикнул в окно, мол, граждане, займите сто рублей.
СТУПАК. Мы слышали. По-моему, это шутка возмутительная.
БАЗИЛЬСКИЙ (Анчугину, нетерпеливо). Продолжайте.
АНЧУГИН. Ну, пошутили и забыли мы это дело. Тут заходит этот гусь...
УГАРОВ. Буквально нам незнакомый...
АНЧУГИН. И говорит: «Это вы просили деньги?»
УГАРОВ. Деньги нам нужны, конечно. Перехватить у соседа рубля три, ну, десятку, это понятно...
АНЧУГИН. А этот достает сотню, сто рублей то есть...
ВАСЮТА. Господи!
АНЧУГИН. Достает и говорит: «Нужны, так берите, пользуйтесь».
СТУПАК. Не может быть.
АНЧУГИН. Оставляет здесь эту сотню и уходит. (Хомутову.) Так или нет?
ХОМУТОВ. Рассказывайте дальше.
АНЧУГИН. Ну, я его, конечно, догоняю, волоку сюда, как, что, почему, растолкуй нам честно. Сто рублей не шутка...
УГАРОВ. Не за красивые глаза, сами понимаете...
АНЧУГИН. А он нам — мораль. Помочь, говорит, хотел, от души, говорит, от всего сердца. Ну вот и бьемся мы тут с ним, а он на своем, просто, говорит, даю бескорыстно... Что же это такое, а? Рассудите.
СТУПАК. М-да... Интересно.
УГАРОВ. Может, мы не понимаем, действительно. Он шофер, я добываю унитазы для родного города, может, мы жизни не понимаем?
ВАСЮТА. Да он, поди, пьяный.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.