— Во-первых, у меня был ключ, а потом, я вовсе не говорила, что их не было дома, когда я прибыла сюда.
— Вы, кажется, сказали, что их сейчас нет дома?
— Действительно.
— В котором часу вы приехали?
— Примерно в час ночи.
— Давайте прекратим боксировать с тенью, — сказал Трэгг. — Перейдем к делу. Мне нужно повидать проживающих здесь девушек.
— К сожалению, обе заболели. Они лежат в больнице.
— Кто поместил их туда?
— Доктор.
— Как его фамилия?
Луиза Марло какое-то время колебалась, потом сказала:
— У них всего-навсего обычное пищевое отравление. Только.
— Как фамилия врача?
— Послушайте, — обратилась к полицейскому Луиза Марло, — девочкам очень скверно, их нельзя беспокоить и...
Лейтенант Трэгг прервал ее:
— В квартире этажом выше умер некий Карвер Л. Клементе. Похоже, что его убили. Есть основания предполагать, что Фей Эллисон жила с ним в его квартире и...
— Да как вы смеете такое говорить? — в негодовании воскликнула Луиза Марло. — Ведь это же прямо...
— Не горячитесь, — остановил ее Трэгг. — Там нашли одежду. По меткам химчистки было установлено, что это ее одежда.
— Одежда! — фыркнула Луиза Марло. — Скорее всего какие-нибудь обноски, которые она кому-то отдала или...
— Я как раз подхожу к этому, — терпеливо продолжал Трэгг. — Мне никому не хочется предъявлять необоснованные обвинения, лучше, если все будет по справедливости. Так вот, в той комнате обнаружены следы пальцев на стакане, на зубной щетке, на тюбике зубной пасты. Я должен заполучить Фей Эллисон хотя бы на то время, которое потребуется для снятия дактилоскопических оттисков с ее пальцев. Если желаете скрыть от полиции теперешнее местонахождение племянницы, посмотрим, что завтра напишут об этом газеты.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
С профессором Борисом Искаковым беседует Александр Бойко.