– Вы все будете бежать, – прошептал он. От досады мне захотелось заплакать.
– Опаздываю ведь, – сказал я, – и так уж из-за тебя задержался...
– Вы все добежите... – Лицо его сморщилось, на глазах выступили слезы. – Вы все добежите, и ты тоже...
– Это я должен плакать, ты-то чего июни распустил! – взорвался я.
– Давай вместе вернемся, – глухо, как, наверное, рыбы разговаривают под водой, прошептал он, – я и ты, вместе вернемся.
– А я почему должен возвращаться, я ведь могу бежать!
– Вы все будете бежать...
– Да что я тебе – мать с отцом, что ли, что ты мне
плачешься, пойди дома у себя пореви. – Я подталкивал его к селу, а он шептал:
– Вместе вернемся... вдвоем... я и ты...
– Ты что, боишься один? На дороге волков нету, никто тебя не съест, иди!
– Нет! – коротко сказал он.
– А что же тогда, если нет? А что же? – повторил я.
– Скажут... скажут... – Он опустил глаза.
– Что скажут?
– Скажут – прошептал он, – все добежали до места, скажут, один только Чужак с полдороги вернулся. Все, все добегут, один я...
– Ты что же хочешь... – голос мой сорвался. Чтобы не заплакать, а ведь он был прав, он был прав, но я и так уже слишком задержался, каждая секунда имела для меня значение, и потому, что я ничего, ничего уже не мог придумать, я толкнул его сильно, изо всех сил: – Иди ты, знаешь, куда!.. – Он упал, а я побежал наконец.
– Сиди здесь, – через плечо крикнул я ему, – сиди так, я тебе опилок принесу.
Но он встал, он поднялся и, шатаясь, шел за мной. Я остановился. Я ждал его, чтобы он ко мне приблизился, чтобы он подошел совсем близко, и тогда бы я избил его. Но он до меня не дошел: его ноги вдруг подогнулись, как-то странно подогнулись, и он упал.
– Чучело гороховое! – крикнул я.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.