Червонец - то мой вон какой драгоценной монетой обернулся.
Но Андрей Иванович уже оборвал себя:
- Говорить о деле хорошо, еще лучше дело делать. Садись - ка опять за счеты, умножать будем.
И мы умножали, делили. И это оказалось просто. И даже проценты легко легли в мою голову. Надо найти тридцать шесть процентов. Пожалуйста! Одна десятая числа - это десять процентов, кладу ее на счеты четыре раза - это сорок процентов - и отнимаю одну десятую полученного числа, то есть четыре процента, и получаю тридцать шесть процентов. Найти двадцать пять процентов? Еще того легче. Пусть число будет огромным, я делю его на два - сбрасываю половину костяшек, потом - еще раз на два.
И снова мы пили чай и говорили о жизни. Было двенадцать часов, когда я простилась с Верой Васильевной. Андрей Иванович не захотел меня отпускать одну.
- Тут такие закоулки, что и днем не выберешься, да и поздно, - твердо сказал он.
По - прежнему валил хлопьями снег, почти все окна темнели, только кое - где дорогу перечеркивал свет. Андрей Иванович вывел меня к тропинке, пожал руку и пообещал стоять внизу, пока я не выберусь наверх.
И он действительно стоял там. Я раза два оборачивалась.
- Я не боюсь, спасибо! - кричала я. Но он не уходил.
Наконец я выбралась наверх. Андрей Иванович был уже не виден мне, снег падал сплошь, казалось, еще одно усилие, и он завалит поселок внизу. А снизу, сквозь снежную пелену, мелькали огни. Один из них мигал для меня в окне Андрея Ивановича.
И тут я остановилась: я же не знаю, как найти домик Андрея Ивановича в этих закоулках и тупичках. И сейчас же с легкомыслием молодости решила, что все равно встречу, не могу не встретить, в одном городе живем, по одной земле ходим.
А придя домой, я нечаянно сунула руку в карман пальто и нашла там свой собственный червонец, потихоньку положенный туда Андреем Ивановичем...
Утром еще до работы меня пригласил Селивановский. Глаза его смотрели очень мягко.
- Слушайте, - сказал он, - я еще не показал вам, как считать на счетах...
- Я умею, Евграф Михайлович! - откликнулась я и с задором взяла счеты. Я складывала, вычитала и делила огромные цифры, а потом подняла голову.
Какие же умные, смотрящие прямо в душу были глаза у этого человека!
- Вчера научились? - спросил он.
- Вчера, - призналась я.
Вот, собственно, и все. Андрея Ивановича я больше не встретила. Не встретила, но и не забыла за тридцать лет. И сейчас, вспомнив его, я вспомнила и других хороших людей, с которыми тогда столкнула жизнь: моих товарищей по работе, задорную комсомолку Марусю, страстного музыканта Николенко, влюбленного в свое дело Селивановского, Кротович и Соломину, каждый из которых в свое время дал мне частицу душевного тепла и чему - то научил в жизни.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.