– Почему он предложил их вам?
– Он принес импортные лезвия и джинсы. Открыл портфель. Я увидел, что у него там лежат иконы. Выглядели они как рухлядь. Я спросил, что он собирается с ними делать. Барабанщиков говорит: «Купите, сейчас это модно».
– А джинсы, лезвия?.. Почему он их принес? Вы просили?
– Ну да! Этот Барабанщиков – типичный доставала. Мы его хаусмайором зовем.
– Как-как?
– Хаусмайором. Ну, знаете... Домашним майором. Он мог все достать, все дефицитные вещи: импортные сигареты, кассеты к магнитофонам, даже хорошие стереосистемы. Имел, конечно, свой интерес, но зато удобно – не надо гоняться по городу в поисках дефицита. Приносит прямо на дом...
– Хаусмайор, – почти восхищенно пробормотал Корнилов. – Действительно удобно. А где же он доставал вам «дефицит»?
Платонов пожал плечами.
– И многие пользовались его услугами?
– Многие.
– Перечислите мне всех, кого знаете. Платонов поморщился.
– Это, знаете ли, неудобно. Многие – мои друзья, солидные люди. Получится сплетня.
– Называйте, называйте. Преступление уже получилось, чего вам бояться сплетен.
Аристарх Антонович вздохнул и начал перечислять... Фамилии Рожкина среди названных не было.
– Аристарх Антонович, а как вы все-таки объясните, что в вашем «дипломате» оказались чужие билеты в Москву? И эта древняя книга? – Корнилов подвинул Платонову томик евангелия, но Аристарх Антонович только искоса взглянул на него и отвернулся.
– Это необъяснимо, – ответил он. Выражение значительности, так раздражавшее Корнилова вчера, снова мелькнуло на его лице. Мелькнуло и исчезло. – Я не знаю. Что вы от меня хотите?! Который уже час вы мучаете меня своими вопросами!
Корнилов подумал: ну вот, он еще истерику мне закатит. Сказал:
– Ладно, прервемся. А вы, Аристарх Антонович, время даром не теряйте. Думайте, думайте. Вспоминайте. От этого многое в вашей судьбе зависит.
Бугаев приехал из Парголова злой. Корнилов не раз замечал, что когда капитан сердит, то голос у него садится, становится совсем глухим.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.