Повесть
Окончание. Начало в №№ 7 – 11.
Помнится, эта фамилия уже фигурировала...
На листке, вырванном из блокнота, три фамилии. Лаврухин, конечно, имеет в виду первую. Кроме фамилий, там есть даты. Они пока Лаврухина не занимают, но всему свое время. В целом же листок представляет из себя краткую справку-записку, которую сочинил я. «Домовладельцы: с 1897 по 1940-й Каренины, с 1940 по 1954-й – Зайцевы, с 1964 по 1975-й – Лютиковы».
Эти сведения я получил в бюро инвентаризации жилого фонда. И пошел я туда потому, что нас серьезно заинтересовали показания женщины из соседнего подъезда, а именно та их часть, где говорилось о «хозяйских домиках», разглядывая которые Астахов сильно веселился. К этому добавилось еще кое-что. И весьма существенное. Наумов вспомнил, что в бакуевской папочке лежал план Заозерска, старинный план. С ним сверял свои маршруты по городу одержимый кладоискатель. И была помечена на том плане красной карандашной чертой Дворянская улица. Что нашел на ней Бакуев – этого нам никогда не узнать.
А вот мужичок-философ, сосед Лютиковых, в одну из наших встреч, ведя путаный разговор о соседях, промолвил вдруг: – Да тут у нас на Дворянской всякого люду найдешь...
– На Дворянской?
– Ну... Это сейчас она имени 8 Марта. А до революции тут дворяне проживали, понимаешь?
Я ничего не понимал. Решительно ничего.
– Погоди, друг, путаешь ты что-то. Дворянская в центре была.
– Ну, – буркнул он. – И эту Дворянской звали. Нищие дворяне жили, понимаешь?
Нет, я ничего еще не понимал. Но я уже чувствовал себя рыболовом, который долго-долго сидел над омутом в ожидании клева, истомился, отчаялся, как вдруг увидел: шевельнулся поплавок. И сразу улетучилась вялость, подобрался рыболов, ничего не осталось для него в мире, кроме поплавка, косо уходящего в воду.
Да, поплавок пошел в глубину. И хоть не знал я, что там, внизу, но уже уверен был: не коряга, на которую течением нанесло крючок.
Нищие дворяне... Обнищавшие дворяне жили некогда тут, на улице 8 Марта, отторгнутые от «общества», выброшенные за борт. В насмешку, видно, народ прозвал эту улицу Дворянской. Официально же именовалась она Песчаной слободой. Так и писалось везде: Песчаная слобода.
Вот такую сказочку рассказал мне мужичок - философ, сосед Лютиковых. А я думал о Бакуеве, о его плане с подчеркнутой красной чертой Дворянской улицей. Ошибся, видно, Бакуев. Не на той Дворянской искал. А вот Астахов угадал. Нет, не угадал, а добрался какими-то темными путями. Но какими?
Три фамилии. Между первой и третьей пространственная связь: Каренины и Лютиковы жили в разное время в одном доме:
– Что мы знаем о Карениной? – спросил Лаврухин, выбрасывая из шкафа на стол нужную папку. – Так... Каренина Мария Дмитриевна. Родилась в 1883 году, умерла в 1975 году. Жила в Заозерске. Портниха. С 1934 по 1954 год работала костюмершей в театре. Все?
– Во время войны театр не функционировал, – уточнил я. – Был перерыв в стаже.
– Силен, – буркнул Лаврухин. – Можно бы и побольше знать.
– Побольше мы узнали сегодня, – заметил я.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.