Сергей, довольный, опустился на табурет. Никто не решался выступить после него. Тогда, вновь поднявшись со своего председательского места, Сергей сурово сказал:
– Ставлю вопрос на голосование... Вдруг из задних рядов донеслось:
– Позвольте сказать?..
Сергей не понял вначале, кто просит слова. Но вот уже встал со своего места в последнем ряду и спокойно пошел к сцене пожилой рабочий в путейской тужурке. Его в городе знал каждый – старый большевик, член партии с 1917 года, машинист Харитонов.
Харитонов остановился на краю сцены, выждал минутку, пока стихнет шум.
– Гляжу я на вас, братки, – начал он, – на молодых наших товарищей, и прямо скажу, не радуюсь – уж больно суровый вы народ. А секретарь ваш, – тут Харитонов резко повернулся к Сергею, – ну, прямо международный прокурор...
В зале засмеялись. Сергей покраснел.
– А подумали ли вы, товарищи судьи и прокуроры, – продолжал машинист, – что учиняете вы, исключая из комсомола товарища своего?..
Харитонов прервался и вновь укоризненно поглядел на Сергея.
– Определенного рода политический расстрел. А заслужил ли этого ваш товарищ, сказав что-то и где-то не так, как надо бы?
Харитонов посмотрел на злосчастного паренька и вдруг широко, добро улыбнулся. В зале тоже заулыбались, зашумели. Сергей по привычке хотел было звонить в звонок, одернуть, но Харитонов поднял руку:
– А может, он просто недотепа, оголец этот? За то, в чем провинился, и «на вид», глядишь, многовато...
Харитонов еще шел обратно на свое место, а уже загудела, зашумела враз переменившая свое мнение комсомолия:
– Верно! На вид поставить! Поработать с ним! Пусть умнее будет. Не понял момента!
Сергей настойчиво, перекрывая шум и крики, твердил:
– Имеются два предложения, товарищи!
За первое – поставить на вид – проголосовали все. За второе, на котором настаивал Антонов – исключить из рядов комсомола, – поднял руку он один.
Поднял – и сразу же пунцовый от стыда сел на свой председательский табурет.
Вечером, возвращаясь с собрания, он долго молчал, а потом сказал мне:
– Завтра самоотвод попрошу.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.