Зной

Ю Громов| опубликовано в номере №727, сентябрь 1957
  • В закладки
  • Вставить в блог

Но, видя, что страх не дает парню силы войти в сарай, грозно крикнул:

- А ну, ходи туда! Слышь? А не то положу с маху!

И, бешено оскалив зубы, лязгнул затвором. Матюшка, дрожа, шагнул в темноту.

- Ведь вот же беда какая, товарищ доктор, - тихо сказал караульный, щелкая замком на закрытой двери. - Кому же этаких молодых не жаль?

Врач не ответил. Дрожащими пальцами он сунул л рот папиросу и, опустив голову, пошел к крыльцу.

Минут через двадцать он вышел снова со стройным блондином в военной форме. За ними, стуча прикладами, спустилось с крыльца трое красноармейцев.

- В вагон? - тихо спросил командир.

- В вагон. На сутки, - отрывисто ответил врач. - Ведро воды, хлеба... Следить в оба. Завтра в пять вечера пойдем проверить.

Он подошел к сараю и толкнул внутрь квадратную форточку в двери.

- Эй, воробьи! Чего притихли? Ну, ничего, ребятки, не горюйте раньше срока. Сейчас переведем вас в вагон у станции: дадим сутки выдержки. За эти сутки должны появиться признаки. Конечно, если больны, - торопливо добавил он. - А скорее всего просто страхом отделаетесь. Всего вернее, что заразу уже река унесла. А без карантина нельзя. Ну, выходи!

Врач отошел в сторону и молча смотрел, как притихших, понурых ребят окружили конвоиры и как маленькая, жалкая кучка людей медленно поплелась к воротам и скрылась за ними.

У старого пакгауза, в забытом пристанционном тупике, одиноким грязно - красным пятном торчал старый товарный вагон. Он был придвинут к цементному перрону, и из его открытой двери пахло пылью и навозом.

Ребята остановились у вагона. В него вошел красноармеец, поставил ведро воды, жестяную кружку, «а свежую струганую доску положил хлеб и вышел.

- Ну, заходи! - отрывисто сказал командир.

Ребята переглянулись.

- Ну - ну, хлопцы, смелее! - бодро прикрикнул командир. - Не робей! Одной выдержки испугались - вот тебе и вояки. Еще повоюем. Ну, заходи!

Первым шагнул Митька.

Дверь качнулась и скрипнула. Ржавое колесико с визгом скользнуло по железной накладке. Полоса света делалась все уже, уже... Дверь стукнула и остановилась. Свет погас.

За дверями вагона командир что - то говорил. По перрону простучали сапоги. Затем стало тихо.

В вагоне был полумрак. От крыши, раскаленной солнцем, веяло душным, томящим жаром.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 11-м номере читайте о необычной судьбе кавалерист-девицы Надежды Дуровой, одной из немногих женщин, еще в XIX веке для достижения своей цели позволивших себе обрезать волосы и переодеться в мужское платье, о русском государственном  деятеле,  литераторе,  историке, мемуаристе, близком друге Пушкина Петре Андреевиче Вяземском, о жизни и творчестве Сергея Довлатова, беседу с Николаем Дроздовым, окончание романа Анны и Сергея Литвиновых «Вижу вас из облаков» и многое другое.



Виджет Архива Смены