Владимир Бочаров. «Винт»

– Может, Кожухов? – тихо проговорил Костя. – Если он откроет дверь, разом набрасываемся на него и часового. Шанс есть, надо рисковать.

И тут они услышали звук, похожий на передергивание затвора, и крик часового:

– Стой, кто идет? Стрелять буду!

– Что ты так раскричался, это я, Клава. Не узнал, что ли? – раздался голос медсестры.

– Так темно же, Клава, где уж там разберешь. А ты не видела, кто стрелял?

– Да уполномоченный напился, вот и палит из нагана.

Клава подошла к часовому поближе, расстегнула гимнастерку, вытащила из-за пазухи наган и выстрелила в упор. Часовой рухнул на землю, как подкошенный, а девушка вставила ключ в замок и открыла дверь сарая.

– Выходите, вояки! Кожухов убит, и этот тоже, – бросая наган на землю, произнесла она.

Буквально ошалев от неожиданного освобождения, арестанты кинулись во двор.

– Так это ты наша спасительница! Вот уж не ожидали. Век помнить тебя будем, – наперебой говорили они. Костя молча подошел к Клаве и, мягко приобняв ее за плечи, поцеловал девушку в губы.

– Ну, все, – прошептал он. – Спасибо тебе, Клавушка. Теперь надо бежать, и как можно скорее, пока в госпитале не очухались.

Через несколько минут во дворе все стихло, и глубокая ночь поглотила беглецов. Когда на следующее утро отряд особого назначения прибыл в госпиталь, они были уже далеко…

Отгремела Гражданская война, и судьба разбросала людей, подобно ветру, гоняющему опавшую листву. Главврач Егор Тимофеевич Скрябков так и не попал за границу, чтобы писать там свои научные труды, его убили при переходе румынской границы. Архипа раскулачили и сослали на Дальний Восток, где он и сгинул. Завхоз Шепилов подался в банду Махно и был убит под Каховкой. Костя и Клавдия еще долгое время воевали вместе под Новороссийском, прикрывая обозы с ранеными, а после войны вернулись в городок N, который, оправившись от потрясений, жил своей обычной спокойной жизнью. Но это уже совсем другая история.