Владимир Бочаров. «Винт»

Владимир Бочаров| опубликовано в номере №1736, июнь 2009
  • В закладки
  • Вставить в блог

– К завтрашнему дню постарайся сколотить гроб. Положишь его на телегу и вечером выведешь подводу за сарай, только лошадей хороших подбери. Ну, что, по рукам?

– Ох, давно к тебе присматриваюсь, непростой ты паренек, и к тому же верующий, крест нательный носишь. Значит, из бывших ты, голуба моя, – неожиданно произнес Архип.

– Да и ты не холоп барский, а сам с усам. Если тряхнет тебя Кожухов, мало не покажется, – тут же отпарировал Костя.

– На-ка, вот тебе часики серебряные и пяток монет. Думаю, завхоз не прочь будет на них сыграть. А проиграешь, считай, уговора никакого не было. – Архип постарался показать, что вовсе не обиделся на Костины слова.

– Спасибо. Только, знаешь, что-то не хочется сейчас играть. Пойду пару часов подремлю в сарае, – простился Костя со столяром.

На следующий день ранним утром он был уже в госпитале и, стараясь не разбудить раненых, осторожно поднялся на второй этаж. Часовой примостился в углу на табуретке, обняв трехлинейку, и крепко спал. Костя открыл дверь ключом и прислушался – тихо. Он на цыпочках вошел в комнату и, приблизившись к Сергею, дотронулся до его плеча.

– Сережа, слушай меня внимательно. Сегодня вечером, перед ужином, я приду за тобой. Затем ты потихоньку доберешься до столярной мастерской, – я тебе покажу дорогу, – и столяр вывезет тебя на кладбище. Там уж сам выбирайся, я постараюсь прикрыть, благо, наши уже совсем близко.

– Спасибо, Костя, но как же мои товарищи?

– Не беспокойся, я что-нибудь придумаю. – И Костя так же незаметно вышел из библиотеки. Надо было поскорее предупредить Архипа, чтобы тот заколотил гроб короткими гвоздями. Но, подойдя к двери мастерской, он неожиданно услышал приглушенные голоса. Разговор шел между Кожуховым и столяром.

– Ты, безногий, присматривай тут, а то я тебя шлепну. Не нравится мне здесь, никакого порядка нет. И фельдшер ваш с главврачом – контра, а завхоз – недобитая сволочь, – сурово говорил Кожухов. – А фельдшера этого я уже где-то видел, только никак не вспомню где. Ничего, вспомню обязательно.

– Я и сам замечал за ними, скрывают что-то, интеллигенция, насмотрелся я на ихнего брата на фронте, офицеры, должно быть, а может, и нет. Но все равно они мне не нравятся, уж очень правильные, – голос Архипа звучал заискивающе.

Костя осторожно прошел за дом и присел в кустах, за которыми его не было видно. Через несколько минут дверь мастерской распахнулась, и угрюмый уполномоченный вышел. Посидев немного в укрытии, Костя, как ни в чем не бывало, ступил на порог мастерской.

– Что случилось? – испуганно произнес Архип, удивленный ранним приходом фельдшера.

– Чего испугался? Я так заскочил, на минуту, давеча забыл тебе сказать, чтобы гвозди короткие забивал, а то твоими стараниями приятель мой не выберется из деревянного плена, – объяснил Костя.

– Тебе все шуточки, а я здесь страху натерпелся. Кожухов приходил, грозился, подозревает он тебя, – опустив глаза, сказал Архип.

– Главное, чтобы он тебя не подозревал, а я его не боюсь. Ну, ладно, мне пора, – бросил с порога Костя и быстрым шагом направился к зданию госпиталя.

Неожиданно прямо на него выскочил завхоз и преградил дорогу, широко расставив ноги, обутые в новые офицерские сапоги.

– Слышь, медицина, погоди, успеешь к своим больным, разговор есть.

– Ну, что еще за дело? Выкладывай, да побыстрей, а то у меня нет времени, – раздраженно ответил Костя.

– Давай сыграем до ужина, а не после, как договаривались.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В июльском номере читайте о трагической судьбе младенца-императора Иоанна Антоновича, о жизни и творчестве замечательного писателя Ивана Лажечникова, о композиторе Александре Бородине - человеке весьма и весьма  оригинальном, у которого параллельно шли обе выбранные им по жизни стези – химия и музыка, об Уильяме Моррисе -  поэте, прозаике, переводчике, выдающимся художнике-дизайнере, о нашем знаменитейшем бронзовом изваянии, за которым  навсегда закрепилось имя «Медный», окончание иронического детектива  Елены Колчак «Убийство в стиле ретро» и многое другое



Виджет Архива Смены

в этом номере

Борец с Диснейлендом

Сергей Соловьев