- Ну, ты видишь, что я собираюсь!
... Часа два спустя, отвезя отца обратно в институт и окончательно успокоившись за друга, Виталий приехал в гостиницу «Москва». Показав свое удостоверение дежурному администратору, он узнал адрес швейцара, который работал вчера вечером. Правда, швейцаров было двое, но Виталия интересовал лишь один: толстый и пожилой, с усами - так его описала Светлана.
Старый швейцар жил в одном из арбатских переулков, и разыскать его труда не составляло. Игнатий Матвеевич - тан звали старика - «был в швейцарах», как он выразился, уже лет сорок, еще в старой «Праге» служил.
Игнатии Матвеевич как раз томился от безделья, коротая последние полчаса перед тем, как идти в очередь за «Вечеркой», когда в дверь позвонил Виталий. Усадив гостя, он собрался уже было подробно рассказать, как, бывало, кутил «у нас» Савва и какие чаевые раздавали «последние буржуи, пока их к ногтю не взяли», но Виталий, сославшись на спешку, деликатно перевел его воспоминания на вчерашнее дежурство. Профессиональная память не подвела и тут. Игнатий Матвеевич легко припомнил величественного Павла Ивановича и сообщил, что тот интересовался «сто двенадцатым номером».
- По телефончику туда сперва позвонил.
- Не слышали, что он сказал?
- Почему же не слышать? Прислушался. Потому он как-то боком разговаривал.
- Что это значит «боком»? - удивился Виталий.
Старик хитро усмехнулся.
- А то значит, что намеком сказал: «Все в порядке. К вам можно?» А тот, видать, сказал: «Спущусь». А этот: «Нет, лучше я к вам зайду». Ну, и пошел себе.
Виталий поспешно распрощался и кинулся к машине. Через десять минут он был уже снова в гостинице.
- В сто двенадцатом? - переспросил его администратор и взглянул в книгу регистрации приезжих. - Там живет господин Ласар с супругой. Коммерсант из Нью-Йорка. - И, помедлив, добавил: - Между прочим, они скоро освобождают номер.
- Уезжают? - обеспокоенно спросил Виталий.
- Улетают на родину.
- А можно узнать точно, каким рейсом?
- Отчего же? Можно, конечно.
Получив нужные сведения, Виталий позвонил Цветкову.
- М-да... история... - задумался тот, потом приказал: - Заезжай за мной. Поедем в Шереметьево, быстро!
Уже начинало темнеть, когда машина пронеслась мимо зеленеющих бульваров Ленинградского проспекта. Справа промелькнули огни «Советской» гостиницы, стадион «Динамо», причудливые башни и зубчатая стена Петровского дворца, потом слева, за деревьями бульвара, выплыли в потемневшем небе высокие параллелепипеды строящихся зданий центрального аэропорта, на их крышах рубинами вспыхнули сигнальные огни. Около развилки машина нырнула в длинный тоннель и выскочила на поверхность уже на Ленинградском шоссе. И опять по сторонам замелькали светлые громады новых зданий. Широченная лента шоссе с разделительной полосой посредине, на которой уже пробивалась зеленая россыпь травинок, вела все дальше. Слева потянулась красивая парковая ограда речного вокзала, потом шоссе по ажурному мосту пересекло Москву-реку, затем под другим мостом мелькнула серая лента кольцевой шоссейной дороги. Еще несколько минут езды - и машина свернула около красивого указателя на дорогу к аэропорту.
Начальника шереметьевской таможни, спокойного, немногословного человека в зеленом форменном пиджаке, застали в небольшом домике, в стороне от здания вокзала.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.