Шесть верст подвига

Валерий Локтев| опубликовано в номере №1258, октябрь 1979
  • В закладки
  • Вставить в блог

Виталий приостановился.

– А здесь вот Павка помог бежать Жухраю.

И увиделось словно воочию: широкая центральная улица Шепетовки. По ней, заложив руки за спину, опустив могучие плечи, выставив вперед упрямую крутолобую голову, шагает нач-особотдела ревкома Федор Передрей-чук (тот, кто назван в романе Федором Жухраем). Сзади, метрах в трех, конвоир.

Передрейчука взяли на станции. Приказ: доставить в контрразведку. «Попался, как сопливый мальчишка, – с горечью думает матрос. – Как вырваться?»

Свернули в переулок, который круто брал вверх. И конвоир не заметил, как тенью скользнула вслед юркая мальчишеская фигура...

Может, отсюда начался путь Павла к боярской узкоколейке?

Первые, начальные классы политучебы прошел здесь Николай Островский. Иван Семенович Линник, тогдашний председатель Шепетовского волревкома, позже вспоминал: «В Ше-петовский ревком пришел худенький вихрастый парнишка Коля Островский – наш земляк. Он настоятельно просил, чтобы ему дали работу, потому что он «не может сидеть сложа руки», когда кругом кипит новая, бурная жизнь».

В шепетовском музее немало экспонатов, возле которых замирает сердце и предательский комок подкатывает к горлу.

Но два из них я бы назвал символами комсомолии тех лет. Поднятая художниками под потолок, будто летящая по ветру, конармейская пулеметная тачанка – знамя, развевающееся над ней, застывший на мгновение «максим»... И чудится нам: громовое, раскатистое «Ура-а-а!» колышет тихий музейный воздух.

И второй экспонат: железное, обтертое временем тело паровоза, трубы, обломки рельсов и вагонные колеса – суровая память о годах разрухи и становления хозяйства республики.

И здесь видится мне изломанная шестиверстная нитка легендарной узкоколейки.

«Наш паровоз, вперед лети!» – пели в промерзшем крыле сиротской школы киевские комсомольцы. И он летит вперед, меняя внешние очертания, становясь более стремительным: но в «топке» его также бьется огонь надежды, дерзаний и революционной романтики.

Музей Николая Островского в Шепетовке строила вся комсомолия Украины. Деньги, заработанные на субботниках и воскресниках, перечислялись на строительство музея.

Старушка с Гомельщины потеряла на войне трех сыновей. Со своей небогатой пенсии она отправила в Шепетовку восемь рублей, приписав на почтовом квитке: «Для музея Островского».

Я пересек низину и вышел к узкоколейке. Закатное солнце мазнуло багрянцем березовые стволы. Ровный золотистый свет лег на поляну. И вдруг в эту вечернюю тишину ворвались звонкие ребячьи голоса.

На поляну выбежали ребята в пионерских галстуках. Одна из девочек, с двумя алыми полосками на рукаве белой блузы, первой подбежала к рельсам.

– Это ведь та самая дорога, которую строил Павка? – спросила она.

– Да, – сказал я. – Та самая...

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере читайте о судьбе «русского принца Гамлета» -  императора Павла I, о жизни и творчестве Аркадия Гайдара, о резком, дерзком, эпатажном, не признававшем никаких авторитетов и ценившем лишь свой талант французском художнике Гюставе Курбе,  о первой женщине-машинисте локомотива Герое Социалистического Труда. Елене Чухнюк, беседу нашего корреспондента с певцом Стасом Пьехой, новый детектив Андрея Дышева «Жизнь на кончиках пальцев» и многое другое

Виджет Архива Смены