Разрыв

Ник Атаров| опубликовано в номере №295, июль 1937
  • В закладки
  • Вставить в блог

В конце августа, ночью, начался ливень. Автобусы, прошедшие утром в сторону Сухума, вернулись обратно. Дорога была размыта, и Сергей Рыбченков застрял в Гудаутах, где у подруги Тины гостила его жена Ольга.

Ливень продолжался четверо суток и наделал много бед по всему побережью. В море был шторм: пароходы шли вдали от берега, не заходя в порты.

В домике мясника было весело все эти дни. Тина резвилась как маленькая: нарисовала белой собаке тушью брови и усики. Ольга с Рыбченковым тоже придумывали забавные номера. Отец Тины, мясник с гудаутской бойни, не жалел вина, и по вечерам на веранде они пили вино и ели жареное мясо с кислым соусом из алычи и помидоров под шум дождя и прибоя. Море было рядом, за домиком, к нему вела калитка, заросшая черным виноградом - «изабеллой».

Рыбченков, муж Ольги, жил зимой и летом в Сухуме, в общежитии ботанического сада, а Ольга училась в Москве. Отца и матери у Ольги не было. Как только кончалась зачетная сессия (третье лето подряд), подруги приезжали к Тине в Гудауты, и старики откармливали их мясом и фруктами и баловали вином.

На пятые сутки дождь прекратился, к утру море было спокойно, но вода у берега была еще мутная, - никто не купался. Волны вынесли на песок множество водорослей, и они бурым гребнем обозначили то место, которого достигал прибой.

В полдень абхазцы привезли на базар сливы и яблоки и на бойню пригнали из ущелья скот.

Весь этот день Сергей и Ольга уединялись, они стали серьезны, поскучнели: что-то важное решалось между ними. Вечером они вышли в калитку к морю. Песок был зализанный и влажный, море было черное, как все эти ночи, и хотя успокоилось, но еще казалось полно мрачной решимости. Вдалеке, со стороны Гагр, плыл желтенький огонек. Это приближался первый после шторма пароход.

- Поедем вместе, - сказала Ольга. - Я провожу тебя, хочешь?

- Боюсь, меня укачает. Я бы дождался автобуса.

- Не может на этой волне укачать. Поедем, - сказала Ольга. - Нужно купить билеты на поезд, а то мы с Тиной опоздаем.

- Я не хотел, чтобы ты со мной ехала. Я думал, что мы кончим здесь.

- Неважно, Сергей, где кончить. Нам с Тиной нужно поспеть к началу занятий.

Он не ответил, они стояли молча, и море тоже было тихое, чуть плескалось. В конце концов, если все так ясно и просто, тогда, действительно, нужно кончать - разойтись.

Весь день они говорили об этом, и если вспомнить, они говорили об этом и месяц назад. «Мы уже не муж и жена», - подумал Рыбченков, глядя на Ольгу.

Со двора к ним донеслись голоса: там отец Тины устраивал своего приятеля, бондаря, на виноградный сезон в селение к абхазцам, пригнавшим скот. Абхазцы кричали:

- Дай бог!

- Дай бог, - вежливо повторял за ними бондарь.

Это был тост, потому что на мгновенье после этого устанавливалась тишина.

- Пойди выпей с ними, а я соберусь, - сказала Ольга.

- Я не хочу пить, - ответил Рыбченков, и они вошли в калитку. «Пить - не пить» - вот все, о чем они говорили с утра... «Учиться...

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

Виджет Архива Смены