Последний довод

Леонид Млечин| опубликовано в номере №1370, июнь 1984
  • В закладки
  • Вставить в блог

С одной стороны, в действиях Брунинга нельзя было увидеть ничего, выходящего за пределы его компетенции. С другой... Фреду не понравилось, что работать начали, не посоветовавшись с ним.

 

Собираясь домой, Рэндольф Хобсон подводил итоги трех дней. Президент собирался отдохнуть недельку в Калифорнии, но перед этим помощник президента по вопросам национальной безопасности Корт потребовал от Хобсона устроить четырехактное представление. Цель? Показать, что президент прочно держит в руках рычаги американской внешней политики. Это стоило им уик-энда, зато все прошло как по маслу.

Акт первый. Пятница, первая половина дня. Вице-президент и государственный секретарь, возвратившиеся соответственно из Западной Европы и Азии, делают заявления представителям средств массовой информации.

Акт второй. Суббота, полдень. Президент выступает с короткой речью и фотографируется с вице-президентом и государственным секретарем в Овальном кабинете. Затем втроем идут в зал Белого дома для брифингов и отвечают на вопросы журналистов.

Акт третий. Воскресенье. Вторая половина дня. Президент встречается с руководителями Международного валютного фонда. Фотографии передаются в прессу, чтобы читатели увидели их в понедельник утром.

Акт четвертый. Понедельник, первая половина дня. Вице-президент выступает по телевидению, чтобы рассказать о том уважении, которым пользуется политика президента США в мире. Его высказывания повторяются в вечерних газетах и в вечерних выпусках последних известий.

За исключением этой акции пресс-службе Белого дома нечем было особенно похвастаться. Опросы общественного мнения свидетельствовали о падении престижа президента. Процесс замедлила история с Филипом Никольсом. Но этот успех Хобсон не мог приписать себе, и на совещании аппарата Белого дома его служба подверглась резкой критике.

 

В половине девятого утра Бертис Холл припарковал машину недалеко от своей конторы. Секретарши, к удивлению Холла, не оказалось на месте. Он открыл дверь и вошел в кабинет. Он не успел сделать и двух шагов, как притаившиеся там люди схватили его за руки. Один из них предъявил удостоверение

сотрудника управления по борьбе с наркотиками. Когда Холл опомнился, на его руках уже защелкнули новенькие наручники.

– Какого черта! – возмутился адвокат.

Вместо ответа человек, представившийся ему сотрудником управления по борьбе с наркотиками, распахнул один из встроенных в стену шкафов, где у Холла было что-то вроде архива, и вытащил оттуда большой бумажный пакет. На пакете был типографским образом напечатан адрес конторы Холла – он заказал сотни четыре таких пакетов в соседнем магазине писчебумажных принадлежностей.

Быстрым движением человек вытряхнул на письменный стол Холла несколько мешочков в целлофановой упаковке.

Такую упаковку Бертис Холл видел дважды: в вашингтонском отделении ФБР и в номере покойного Уэстлейка. Знакома ему была не только упаковка. Он хорошо знал, что там внутри.

Белый порошок. Химическая формула С17Н47,О4. Дериват эритроксилона кока. Известен под следующими названиями: «кок», «снежок», «понюшка», «веселуха», «листок», «хлопья», «холодок», «пудра счастья», «нюхательный леденец», «перуанец», «леди», «белая девушка». Или, попросту говоря, кокаин. Растительный алкалоид, получаемый из листьев кокаинового куста, который растет на восточных склонах Анд. Доступность: в США повсеместно. Стоимость: 2200 долларов за унцию, в пять раз дороже золота.

 

Уинтерсу нравились такие отели – не слишком дорогие, но с кабельным телевидением. Всем видам кинематографического искусства он предпочитал порно и вестерны. Обычные телепрограммы не всегда соответствовали его вкусам. Зато кабельное телевидение, которым оснащалось все большее число американских отелей, никогда не подводило Уинтерса. На телевизоре в номере лежал перечень фильмов, которые отель предлагал своим постояльцам: почти одна порнография.

Уинтерс выбрал одну из новых лент, позвонил гостиничному оператору и включил телевизор. Свободный канал ожил, по экрану побежали титры. Уинтерс развернул телевизор экраном к кровати, не раздеваясь, улегся. У него было много времени. Вечером к нему должна была прийти Джози с пленками. Она боялась оставлять их у себя – не ровен час найдет кто-нибудь из постоянных гостей.

Когда неделю назад Джози в первый раз прокрутила ему на видеомагнитофоне отснятые ею пленки, Уинтерс ни о чем таком не подумал. Он просто получил удовольствие, разглядывая, как известные всей стране люди участвуют в одной из самых грязных вечеринок, которые он когда-либо видел. С Джози они были близки лет десять, познакомились еще в Сан-Франциско, где оба родились. Уинтерс давно ошивался в Вашингтоне, но дела у него шли неблестяще. Встретив старую знакомую, он на радостях перехватил у нее пару сот долларов, которые все же вернул, чтобы буквально через день вновь занять их. Как ни странно, Джози (ее полное имя Джозефина было слишком длинным и не подходило к его обладательнице) обрадовалась, встретив Уинтерса.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 11-м номере читайте о необычной судьбе кавалерист-девицы Надежды Дуровой, одной из немногих женщин, еще в XIX веке для достижения своей цели позволивших себе обрезать волосы и переодеться в мужское платье, о русском государственном  деятеле,  литераторе,  историке, мемуаристе, близком друге Пушкина Петре Андреевиче Вяземском, о жизни и творчестве Сергея Довлатова, беседу с Николаем Дроздовым, окончание романа Анны и Сергея Литвиновых «Вижу вас из облаков» и многое другое.



Виджет Архива Смены