- Нет. Но я летал во сне. Падал с крыши...
Член Моссовета неопределенно промычал и переменил тему. Он не остановил Алешу, не положил ему руку на плечо, не сказал то, что мог бы сказать в этом случае.
- Милый, дорогой товарищ, - мог бы сказать в этом случае Рымарю член Моссозста. - Ты замечательный работяга. Ты лучший в стране. Там, где было трудно, «в узких местах», ты творил чудеса героизма. Но сейчас мы намерены в короткий срок - по плану и с помощью всяческих диспетчеров - искоренить систему узких мест.
Оглянись на широком месте. Люди любят, смеются, гуляют, люди играют в шахматы, нюхают цветы. Ты слышишь смех? Это читают «Золотого теленка» зангезурские комсомольцы. Ты слышишь музыку? Это играет полковой оркестр на манчжурской границе. Да, и там, в гарнизонном саду, люди, придерживая кобуру, мирно веселятся в вечерний час, - до первого выстрела.
Но член Моссовета не произнес этой речи, может быть, потому, что она была бы слишком длинной, или потому, что сам он был так же молод, как Алеша, а, может быть, и потому, что слишком долго танцы в нашей стране находились под сомнением, чтобы теперь вдруг, так сразу, сказать о них то, что совершенно ясно уже сложилось в голове.
... И вскоре подружился член Моссовета с Алешей Рымарем. По вечерам они гуляли по центральным улицам, и Алеша следил, по взаимному уговору, чтобы член Моссовета не превращал этих вечерних прогулок в инспекторский обход.
Однажды вечером - в тот день был большой физкультурный праздник - двое друзей познакомились с девушкой в спортивном костюме. Она была не одна. Рядом с девушкой, согнувшись под свернутым знаменем, шел длинный, тонкий юноша. Профессию его выдавала «лейка», висевшая на боку. Юноша был фоторепортером.
Девушка охотно назвала свое имя. Рымарь вгляделся в нее и вдруг почти с ужасом узнал ту строгую девушку, которую он так неудачно приветствовал в радиостудии рабочего кафе.
Девушка тоже узнала Рымаря и, слабо охнув, пролепетала:
- А я уже в вузе...
И она начала говорить без умолку. Это был, как видно, лучший способ скрыть смущение. Она рассказала о том, как выступала сегодня с вузовской группой на стадионе, как фоторепортер, снимавший праздник для газеты, - тут голос ее окреп, - как расстрелял он на нее все кассеты.
- Завтра во всех газетах вы увидите только одну меня: и на турнике, и с булавами, и в вольных движениях. Правда, товарищ? - и девушка тронула фоторепортера за древко знамени, но юноша остался мрачен как прежде.
- Он познакомился со мной не вовремя, - продолжала девушка. - Я поручила ему отнести это знамя ко мне на квартиру, но у него нет времени, ему нужно идти проявлять меня...
Друзья улыбнулись. Член Моссовета спросил фоторепортера из вежливости, как его зовут, но тот пробурчал сердито: «обыкновенно» - и вскоре попрощался.
Знамя перешло к Рымарю. Уже наступал звездный вечер.
Их потянуло на музыку. Со знаменем на плече, вышли они втроем на танцевальную площадку.
Там гремел джаз и кружились пары. Все были чисто одеты, веселы и старались делать самые красивые движения.
В этот вечер двое друзей тоже старались делать самые красивые движения, чтобы понравиться девушке. Потом один из них ушел. Члену Моссовета нужно было спешить в ночную смену, он работал на телеграфе. Прощаясь, он не просто пожал руку девушки, он потрогал ее ласково у локтя. Было видно, что ему очень не хотелось расставаться.
Рымарь остался с девушкой. Они потанцевали еще - и потом, со знаменем, ушли в неизвестном направлении...
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.