Данило скакал молча, держа вынутый кинжал в левой руке и, как цепом, молотил своим арапником по подтянутым бокам бурого.
Николай не видал и не слыхал Данилы до тех пор, пока мимо самого его не пропыхтел, тяжело дыша, бурый, и он услыхал звук падения тела и увидал, что Данило уже лежит в середине собак на заду волка, стараясь поймать его за уши. Очевидно было и для собак, и для охотников, и для волка, что теперь все кончено. Зверь, испуганно прижав уши, старался подняться, но собаки облепили его. Данило, привстав, сделал падающий шаг и всей тяжестью, как бы ложась отдыхать, повалился на волка, хватая его за уши: Николай хотел колоть, но Данило прошептал: - Не надо, соструним, - и, переменив положение, наступил ногой на шею волку. В пасть волку заложили палку, завязали, как бы взнуздав его, сворой, связали ноги, и Данило раза два с одного бока на другой перевалил волка.
Со счастливыми, измученными лицами живого матерого волка взвалили на шарахающуюся и фыркающую лошадь и, сопутствуемый визжавшими на него собаками, повезли к тому месту, где должны были все собраться. Все подходили смотреть матерого волка, который, свесив свою лобастую голову с закушенной палкой во рту, большими стеклянными глазами смотрел на всю эту толпу собак и людей, окружавших его. Когда его трогали, он, вздрагивая завязанными ногами, дико и вместе с тем просто смотрел на всех. Граф Илья Андреич тоже подъехал и потрогал волка. - О, матерящий какой, - сказал он. - Матерый, а! - спросил он у Данилы, стоявшего подле него».
Испокон веку гранился русский характер в охотничьих вояжах и вылазках, потому, наверное, так часто через охотничью страсть, с почти социальным звучанием раскрывается душа нашего земляка в великой русской литературе. Потому так художественно значимы образы охотников, созданные и Толстым, и Тургеневым, и Некрасовым, и Буниным. Потому и можно сказать ныне, что связь времен не утрачена, хотя многое изменилось с тех дней, когда писались строки классических произведений русской прозы.
Новая эпоха пришла на землю, составляющую шестую часть нашей планеты. Эпоха социальная, эпоха экономическая, эпоха нравственная. Октябрьская революция положила конец барскому владению землей, открыв некогда частные наделы для широкого пользования. Земля принадлежать стала народу не по слову громкому, а по сути. И с первых шагов молодая власть хозяйски отнеслась к величайшим природным богатствам страны. Ленинским декретом было учреждено первое советское охотничье законодательство. И строки ленинского декрета сердечной заботой о родной земле отозвались в принятом более полувека спустя Законе об охране природы.
Между двумя этими великими вехами лежит многолетняя история хозяйствования, в том числе и охотничьего. Наряду с многомиллионными обществами охотников, построенными на добровольных началах по территориально - производственному принципу, стали утверждать себя в жизни и более мощные силы руководства охотничьим хозяйством. На правах отделов в государственных комитетах по охране природы. Едва ли не одним из первых такой государственный комитет был создан на литовской земле. Опыт этой маленькой прибалтийской республики получил всемирное признание на вселенской охотничьей выставке, проходившей в осеннем Будапеште 1970 года.
Чем же знаменит этот опыт! Литовские охотники показали, как в трудных условиях очень населенной территории можно с успехом так организовать охотничье хозяйство, что никакие тысячегектарные бесхозные угодья не могут сравниться по богатству и разнообразию промысла.
Литовские охотники разбили всю республику на определенное число охотничьих кружков. Каждому кружку были выделены постоянные угодья, исходя из средней нормы на одного охотника. Число членов кружка, таким образом, строго ограничено. Введена система кандидатства в члены охотничьего союза. Большая работа проделана по сохранению охотничьих традиций, вроде ритуалов открытия, первой добычи, награждения короля охоты медалью из среза оленьего рога. И главное, налажена беспощадная борьба с браконьерством, которую ведут не только выделенные инспектора, но в первую очередь сами охотники, члены союза, кровно заинтересованные в упорядочении охоты. Это позволило в обилии зверю и птице приспособиться к привольному существованию рядом с человеком. Урбанизация, конечно, наложила свой отпечаток на характер поведения животного мира, но обе стороны нашли разумный компромисс.
Литовский ландшафт щедро украшен живностью, которую крестьянин видит на поле. Стадо косуль пасется спокойно и осторожно на опушке леса, что примыкает к самому городку. То там, то здесь стрелой пронесется зайчика, нередко наскакивающий на улицу в безнадежной попытке увернуться от преследующей лисицы. Зверя кормят, за зверем ухаживают, его охраняют, его воспроизводят - потому и растут из года в год высокие нормы отстрела и лосей, и кабанов, и косуль. Так мудрость охотничья в общении с природой неизменно дает свои плоды.
Рачительность, хозяйствование испокон веку были свойственны настоящему охотнику, а не хапуге - браконьеру. Хозяин леса или поля никогда в угоду утолению охотничьей страсти или даже голода не убьет копылуху, не возьмет лосиную корову, если может завалить быка. Потому - то сегодня и стоит перед охотничьими организациями нелегкая задача: привить лучшие качества охотника - хозяина многомиллионной армии современных охотников - любителей. И армия эта постоянно пополняется.
Если не воспитать в человеке с детства уважения к живой природе, законности охоты, неукоснительному соблюдению ее правил и сроков, то никаких государственных масштабных и дорогостоящих мер не хватит, чтобы сохранить разнообразие и плодовитость поголовья.
Примером рачительности может служить сайгак, антилопа Прикаспийских степей. Лет пятнадцать назад она была под угрозой полного вымирания. Варварский забой зверя привел к тому, что лишь тощие и редкие стада в десяток голов бродили в самых труднодоступных местах. Решительные меры были приняты государством: большая разъяснительная и законодательная работа, оказание регулярной помощи зверью, особенно в климатически трудные годы. Сегодня и в помине нет вопроса о вымирании сайгака. По степям несутся тучные стада антилоп. Регламентированная охота расширяется и дает все новые и новые тысячи тонн вкусного и питательного мяса народному хозяйству.
Успешно ведется возрождение зубрового стада. Теперь эти великолепные звери бродят и в Беловежской пуще, и в лесах Литвы, и в Приокско - террасном заповеднике, и на склонах Кавказского хребта. Опытные хозяйства выращивают уже не только кабана, зайца, лис и других зверей для расселения, сделана попытка, и довольно успешная, выводить древнейшую птицу земли - глухаря - инкубаторным способом. Круша красивые, но беспочвенные мифы о неприживаемости глухаря в неволе, советские ученые доказали, что он вполне успешно может выращиваться в искусственных условиях. Более того, может быть весьма и весьма дружен с человеком. Опыт одного из латышских егерей, приручившего дикого глухаря, тому пример. Могучая птица не только стала встречать человека в лесу, но и прилетала к дому егеря, садилась на забор и, наконец, стала позволять кормить себя из рук. И все это не мешало глухарю вновь возвращаться в загадочный сумрак чащобы.
К сожалению, еще бытует мнение, что земля наша не знает оскудения, нередко хапуги руководствуются философией «на наш век хватит».
Так ли это? Человек, ты ведь хозяин Земли, и будущее твое и будущее твоих детей окажется куда более прекрасным, если ты будешь относиться к каждому уголку своей Родины не как к земле, даденной в аренду и на срок, а как к драгоценному дару, врученному тебе навечно.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Очерк о делегате XVII съезда ВЛКСМ Арцруни Акопяне
С директором Ульяновского автозавода имени В. И. Ленина Иваном Дмитриевичем Масловым беседует корреспондент «Смены» Федор Шахмагонов
С комсоргом цеха Балтийского завода имени Серго Орджоникидзе Николаем Смирновым беседует специальный корреспондент «Смены» Борис Данюшевский