– Про костыль я выдумал. Не бил я им Лариску. Пальцем не тронул. Постращать – постращал...
Когда Елисей взял расчет, Александра Михайловна вместе со всеми пришла его провожать. Руки он ей не подал, скользнул по ней взглядом, и в глазах его женщина углядела прежнюю обиду:
– Зачем ты, Михайловна, дала нам эти облигации? Зачем?
На место Елисея пришла работать тихая девушка после десятилетки – не то Марина, не то Ирина. Оружия на Елисеевой должности не полагалось, надо было просто присутствовать при приеме алмазов и следить за порядком.
И девушка, от старательности полуоткрыв губы, смотрела на людей и на алмазы в жестяной коробке из-под монпансье.
Смотрела на них и Александра Михайловна. Они были разные. Крупный алмаз излучал ржаной свет. Другой, поменьше, отсвечивал зеленым огнем. Синеватый камушек напоминал о том, что небо в этом краю бывает лазурным, не таким, как нынешним летом. Большей частью они были прозрачные, как роса. И было во всех алмазах нечто невыразимо прекрасное, природное, уральское – от голубой реки Вишеры, от ее родниковой влаги. В вишерских алмазах жило много застенчивости, радости и светлыни, и Александра Михайловна подумала о том, что, проданные куда-либо, они помнят Вишеру. Белые ночи России светятся в этих алмазах, в какие бы чужедальние пределы ни забросила их судьба.
Александра Михайловна представила алмазное ожерелье на глее какой-нибудь богатой старухи, внезапно вспомнила Ларисино слово, и оно непроизвольно почти на крике вырвалось из ее уст:
– Очаровашечка!
– Это вы мне? – спросила охранница и покраснела.
– Да так...
Александра Михайловна вышла на нижнюю палубу. Гудела, содрогаясь, драга – железный остров посреди воды. И сейчас ближе к ночи вода эта не казалась мутной, грязной, в эмульсии. А была она поблескивающей и таинственной, и в ней одна за другой загорались звезды...
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
VII Всесоюзная выставка молодых в зале академии художеств СССР