И Павлик смеется, чтобы не подумали, что он трус, а глаза мечутся, ищут, ищут и не находят.

После пьесы уезжающих попросили в библиотеку, тут же при клубе, У дверей, придавленный к стенке напором толпы, Лаврентий Прокопьевич, директор завода, проверял входивших.

- Иван Павлович, проходи. Осадите граждане. Ты куда? Стоп!

Но ребятишки, как вода, просачивались с входящими.

В библиотеке на подоконнике беззаботно пел пузатый, трехведерный самовар. Петька, забыв свой укомольский чин, наполнял подсовываемые стаканы, а девушки из ячейки разносили их по столам. Другие, пересчитав людей, резали ситный на равные ломти и обносили по два кусочка каждому.

И вдруг, точно молния обожгла Павлу лицо. Груня с подносом, густо уставленном, медленно, бережливо плыла вокруг стола, навстречу ей протягивались руки и снимали стаканы. Она никого не замечала, опустив на поднос заботливый взгляд, но поравнявшись с Павлом, шепнула:

- Возьми крайний.

И прошла дальше.

- Петька, - спросил Павел, сколько кусков сахару в твоем стакане?

- Один, как и у всех.

- А у меня два. И Павел захихикал, и зубы его звенели о края стакана, когда он припал к нему.

- Какой ты еще мальчишка, сосунок, - сказал Петька, не поняв причин его смеха.

- Не всем же таким взрослым быть, как вы гражданин Чумельков. Вой, говорят, вы уже бреетесь...

Чумельков погладил подбородок и зацвел неожиданной улыбкой.

- Сука ты, Пашка, подковырщик, - шутливо заговорил он, - уже два раза брился. Где бы вот свою бритву достать? Старичком стал, да? А ты чего на меня за последнее время дулся? Коли что плохое сделал, - скажи, а то расставаться так, недругами негоже...

- Ладно... Все прошло... Петька весело закричал:

- Груня, плесни - ка нам по стакашку пойла. Груня подлетела.

- Ты чего Пашке два куска положила?

- я?

- То - то я.

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• …
• 4
• 5
• 6
• 7
• 8
• 9
• 10
• 11
• 12
• …
• 14
• следующая

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.