- Вихрь, - сказала Аня еще тише, - подойди но мне. Он долго не отвечал ей и сидел, замерев, только глаза откроет, закроет, откроет, занроет...
- Вихрь, - снова позвала его Аня, - ну, пожалуйста...... А после стало тан тихо, будто все окрест было небом, и не было ни тверди, ни хляби, ни говора леса, ни шуршания поземки, ни потрескивания березовых мелких сухих поленцев в раскаленной добела печке, ни зыбкого пламени свечи. И были рядом двое, и было им тревожно и счастливо, и боялись эти двое только одного - окончания ночи.
- Что ж ты плачешь, глупенькая, - шептал Вихрь, - я верю тебе. Я люблю тебя, разве я могу не верить тебе?
- Я сейчас не от этого плачу.
- А отчего?
- Оттого, что мне так хорошо рядом с вами.
- Тогда улыбнись.
- Я не могу.
- Я прошу тебя.
- Тогда мне надо вас обманывать.
- Обмани.
- Не хочу.
- Ты упрямая, да?
- Очень.
- Знаешь, я не люблю, когда плачут.
- Я тоже. Сейчас я перестану. Это у нас бывает.
- У кого?
- У женщин.
- Почему?
- Мы ж неполноценные.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
7. Тюрьма (1895-1897)