Горячие магистрали севера

Леонид Плешаков| опубликовано в номере №1314, февраль 1982
  • В закладки
  • Вставить в блог

Министр строительства предприятий нефтяной и газовой промышленности СССР, член ЦК КПСС Борис Евдокимович Щербина отвечает на вопросы журнала «Смена»

– В Отчетном докладе ЦК КПСС XXVI съезду партии увеличение добычи сибирского газа названо задачей первостепенной экономической и политической важности. Генеральный секретарь ЦК КПСС, Председатель Президиума Верховного Совета СССР товарищ Леонид Ильич Брежнев сказал тогда: «Добычу газа и нефти в Западной Сибири, их транспортировку в европейскую часть страны предстоит сделать важнейшими звеньями энергетической программы одиннадцатой, да и двенадцатой пятилеток».

Скажите, почему придается такое огромное значение ускоренному освоению природных ресурсов этого региона? Каким будет участие Миннефтегазстроя в осуществлении этой программы?

– Сегодня можно совершенно обоснованно утверждать, что решение крупномасштабных задач, стоящих перед нашей страной в области топливной энергетики, немыслимо без учета ресурсов Западной Сибири. Природа щедро одарила богатствами этот удивительный край. Уже сейчас страна получает отсюда более половины общесоюзной добычи нефти и сорок процентов природного газа.

Что же касается ближайших задач, то только Тюмень, согласно обязательствам, принятым тружениками области на XI пятилетку, выйдет на суточную добычу одного миллиона тонн нефти и конденсата в апреле 1984 года и миллиарда кубометров газа – в январе 1985 года.

Нефть и газ – это не только топливо, это и основа химической индустрии, выпускающей широкую гамму новых материалов и соединений, которые идут в дальнейшую переработку, становятся орудиями труда, повышают его производительность. А создание новых материалов, как известно, является одной из характерных особенностей научно-технической революции.

Короче, за сравнительно небольшой срок Западная Сибирь стала играть в экономике нашей страны столь значительную роль, что без ее активного участия сейчас нельзя решать ни одну крупномасштабную народнохозяйственную задачу. Уверен, что с годами эта роль еще более возрастет, ибо даже разведанные запасы позволяют намного увеличить здесь добычу углеводородов. К тому же геологи настроены довольно оптимистично в отношении новых открытий.

Подразделения Миннефтегазстроя ведут работы буквально по всей территории Советского Союза – от западных его границ до Дальнего Востока, от Заполярья до жарких пустынь Средней Азии. Обустраиваем месторождения нефти и газа, строим газоперерабатывающие заводы, компрессорные и насосные станции, прокладываем трубопроводы для транспортировки сырья и продуктов химической переработки.

И хотя объемы строительства, выполняемого нами в различных областях страны, весьма значительны, все-таки главный наш объект – и по масштабам и по значению – Западная Сибирь и все, что так или иначе связано с освоением ее месторождений нефти и газа.

— Сейчас странно вспоминать, что совсем еще недавно, всего пятнадцать-шестнадцать лет назад, было немало скептиков, которые утверждали, что, если в непроходимых топях этого края и есть какие-то полезные ископаемые, взять их будет невозможно. Невиданные темпы, достигнутые при разработке месторождений, опровергли доводы маловеров. Но, кажется, объективные трудности заставили даже сторонников этого края во многом пересмотреть методы освоения здешних богатств?

— Конечно. Для рождения новых технических идей и решений всегда необходимы какие-то побудительные мотивы. Любому поиску предшествует какая-то цель, а проще сказать, потребность общества, производства или людей.

Освоение западносибирских нефтегазовых месторождений стало в начале шестидесятых годов насущной потребностью страны, грандиозной многолетней программой, осуществление которой обещало решение целого ряда топливно-энергетических и сырьевых проблем. Это была главная цель, наша сверхзадача. Она, в свою очередь, состояла из ряда крупных задач. Те – из более мелких. И так далее. Успешное решение каждой из них способствовало достижению главной цели. Так ручейки и речушки, сливаясь, образуют могучую реку.

Трудностей тут действительно хватало и хватает. Восемьдесят процентов территории нефтяных месторождений занимают озера и болота. Северные газоносные районы лежат в зоне вечной мерзлоты. Экстремальные условия региона, масштабы и сжатые сроки, отведенные на его освоение, требовали принципиально новых решений. Причем уже в самом процессе работы они постоянно совершенствовались, видоизменялись. То новое, с чего мы начинали, с чем пришли в этот край, вскоре стало старым.

Возьмите хотя бы самую обычную уренгойскую газовую скважину. Она вроде бы ничем не отличается от тех. что строились в районе Пунги, Березова, Вынгапура и даже соседнего Медвежьего месторождения, тоже достаточно сурового и высокопродуктивного. Но уренгойская скважина в отличие от предшественниц проходит через вечную мерзлоту, отчего ее конструкция значительно отличается от тех. что бурятся в обычных осадочных породах. Зато и горючего она в зависимости от потребности и целесообразности дает в несколько раз больше, чем те, которые мы строили раньше.

Необычайно высокая продуктивность скважин Уренгоя заставила искать новые способы обустройства месторождений, создавать новые конструкции аппаратов и установок подготовки газа. Освоение месторождений Тюменского Севера мы начали с перерабатывающих установок мощностью в пять – восемь миллиардов кубометров газа в год. Сегодня уже действуют производительностью до 15 миллиардов, и мы начали строить установки на двадцать миллиардов кубометров каждая.

Этот небольшой штришок показывает, как, изменился наш промысел.

Еще более разительны достижения в трубопроводном транспорте – одной из составляющих западносибирской программы, – где произошло не просто количественное наращивание мощностей, но достигнуты качественные изменения.

Так как здешние недра могли дать много горючего, стало ясно, что традиционные способы его транспортировки не годятся. При использовании труб обычных параметров нужно было бы проложить десятки магистралей. Пришлось освоить сначала диаметр 1220 миллиметров, лотом 1420 и давление в 75 атмосфер. Мы первыми в мире смогли создать такие мощные транспортные системы. Американцы, между прочим, только сейчас приступили к строительству подобного газопровода в канадской провинции Альберта.

— В чем главное отличие такой магистрали от газопровода меньшего диаметра?

— Во-первых, в том, что газопровод 1420 миллиметров передает в год 40 миллионов тонн условного топлива. Образно говоря, он транспортирует энергии больше, чем ее вырабатывают за год все действующие ныне гидроэлектростанции Ангары и Енисея, вместе взятые. Это даже как-то представить трудно.

Такова мощность магистрали.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 12-м номере читайте об авторе бессмертной сказки «Аленький цветочек»  Сергее Тимофеевиче Аксакове, об истории возникновения железнодорожного транспорта в России, о Розалии Марковне Плехановой – жене и верном друге философа, теоретика марксизма, одного из лидеров меньшевистской фракции РСДРП, беседу с дочерью Анн Голон Надин Голубинофф, которая рассказала много интересного о своих родителях и истории создания «Анжелики», новый детектив Георгия Ланского «Мнемозина» и многое другое.



Виджет Архива Смены