Она ушла-таки от определения «неправильное произношение», которое вертелось на языке, и, торжествуя, внутренне похвалила себя за это.
– Мишка-то? – удивилась Степаха. – Да он же здесь вырос! Конечно, знает. – И хитровато подмигнула Фаине Борисовне. – Его-то не проведе-ешь...
Фаина Борисовна молча проглотила укор. Главное она выяснила: Михаил может откорректировать их записи. Надо будет поговорить с Ларисой, чтобы она попросила Михаила об этом. Фаина Борисовна была приметлива и не сомневалась, что Ларисе он не откажет.
В избе у Тишихи опустело: девки разбрелись по своим делам, Фаина Борисовна ушла записывать хуторскую Огрёшу, Лариса с Надей, кажись, убежали к Степахе. Без них стало в доме совсем тоскливо – вот ведь как к людям-то привыкаешь. Юка никого на постое не было, так хватало и кошки: с ней поговорила, послушала, как мурлыкает, посмотрела, как беснуется у нитки с бумажкой, поулыбалась – и спать легла. А теперь за неделю сжилась с девками – не знаешь, как и вечера дождаться без них. Как одной-то – уедут – быть?
Тишиха заварила в кипятке зверобой. Почему-то он глянулся ей больше чая. После зверобоя хотелось летать. Но сейчас и зверобой оказался бессильным от придавившей ее тоски.
Затосковала-то Тишиха, пожалуй, не в отсутствие девок, а при них, когда Мишка Некипелов запоговаривал об учебе. Ведь если они с Кирей уедут, так Тишихе каюк. С Петей-то-молоковозом не скоро столкуешься о дровах – загуляет, так по неделе не привести в чувство.
Сегодня Тишиха утром видела, что с молоком поехала Нюра, Петькина жена. Тишиха пересчитала фляги – восемь штук, – только бабе и валандаться с ними. Ой, сгорит от вина мужик – шестой день уж не просыхает.
– А лешой с им! Заадался бы до смерти, – вслух сказала Тишиха и опять перевела думы на Мишку: ведь уедет, собака, уедет... У него втемяшится в голову – своего добьется. А в городу-то такого парня с ручками отхватят: на дороге не валяются эдакие ребята. Чего хочешь умеет сделать, из рук не выпадет ничего...
Тишиха уже закидывала удочку и Степахе, пытала ее:
— У тебя внук-то не ладится уезжать?
— А он и здесь хорошо зарабатывает.
Значит. Степаха не в курсе. Заработками нынче молодяшек не удержать. Вчера ребята опять приходили к девкам. Тишиха дождалась, когда они начитались девкиных записей, вышла за ними на крыльцо.
– Миш, – спросила она, – не передумал с Москвой-то? – спросила вроде бы бодро, смешком.
И Мишка ей смешком же и отозвался:
– Книжки, Тихоновна, с подволоки за десятый класс притащил, все в пы-ы-ли – еще и сегодня прочихаться не могу...
За книжки зря не берутся. Уедет!
Да и Кирю сманит еще за собой. Вот собака...
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Беседуют Серафим Туликов, народный артист РСФСР, председатель правления Московского отделения Союза композиторов РСФСР и Александр Конников, заслуженный деятель искусств РСФСР, главный режиссер Государственного театра эстрады