- Подождем немного, - ответил Быков. - В случае чего, я поговорю с нашим импресарио.

Импресарио Родионыч за полчаса до начала полетов прибежал в ангар.

- Летим, - закричал он, - летим! Все места проданы!

Ветер усиливался.

- Придется отменить полет, - сказал Быков. - Того и гляди «фармашку» сломаешь.

Родионыч растерянно посмотрел на Быкова:

- Что вы? Ни в каком случае! Убьют, ей богу, убьют!

- А я не полечу, вот и все тут. Родионыч чуть не заплакал:

- Да мыслимое ли это дело? Что с публикой делаться будет...

- А если «фармашку» сломаю, лучше будет?

Это убедило Родионыча - он вышел к началу беговой дорожки вместе с Быковым и, заикаясь, закричал нараспев:

- Господа публика, по случаю плохой погоды полеты господина Быкова сегодня не состоятся!

Весь ипподром пришел в движение.

- Жулики, аферисты московские! - кричали в толпе. - Деньги обратно!

Напрасно импресарио старался перекричать толпу: ничто не помогало.

Быкову казалось, что пройдет еще минута, и вся толпа, заполнившая ипподром, ринется на аэроплан и разломает его на мелкие части. Он подошел ближе к «Фарману» и спиной прислонился к нему.

Полицмейстер, худой невысокий старик в очках, похожий на учителя латинского языка в классической гимназии, подошел к Быкову и сокрушенно развел руками:

- Ничего не поделаете, придется лететь.

- Но ведь это же нелепо. При таком ветре лучшие французские спортсмены не рискуют подниматься на воздух.

- Это уж ваше дело. Если не можете летать во время ветра, нечего устраивать такие сборища.

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• 2
• 3
• 4
• 5
• следующая

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.