Человек снегов

Савва Кожевников| опубликовано в номере №744, май 1958
  • В закладки
  • Вставить в блог

Нам приказали защищать мосты, а Снанима предупредил: «Патронов мало, мимо не стрелять». Гоминдановцы несколько раз поднимались в атаку. Но мы не стреляли мимо: тибетцы - все хорошие стрелки, и вражеский штурм захлебнулся.

После этого пошел в атаку наш отряд. Поднялись мы в мохнатых шапках, в халатах и раздавили врага, как давит слон шипучую змею.

В этом бою меня ранило. Очнулся я, когда город был уже освобожден.

Партизаны захватили много городов в Юньнани. Но полностью она стала свободной, когда пришла к нам Народно - освободительная армия. Это было в марте 1950 года. Наш тибетский отряд был преобразован в кавалерийскую часть. Некоторое время я командовал эскадроном, а потом поехал на трехмесячные политические курсы. Окончил их и поступил в Сычуаньский институт национальных меньшинств, на подготовительное отделение.

Учиться вначале было очень трудно. Я ведь был совершенно неграмотный и не знал китайского языка. Сейчас я говорю по - китайски, но писать еще не умею. В прошлом году из Сычуаньского института меня перевели в Пекинский. Здесь я учусь пока тоже на подготовительном отделении.

С Цэрэн Касаном я беседовал в гостиной Пекинского института национальных меньшинств. Это светлая и настолько огромная комната, что ее можно назвать залом. В углах и посредине расставлены низенькие столики и мягкие диваны и кресла, обтянутые бордовыми чехлами. На стенах, побеленных мелом, вывешены в рамках большие листы ватмана с собственноручными надписями Мао Цзэ - дуна, Чжу До, Лю Шао - ци и Чжоу Энь - лая о дружбе народов, населяющих Китай. На передней стене - выдержка из конституции Китайской Народной Республики.

До встречи с Цэрэн Касаном в этой же гостиной ученый секретарь Ма Чэн познакомил меня со структурой института национальностей и сообщил, что в нем учится тысяча двести человек, представляющих сорок семь национальностей. Наибольшее число студентов из Тибета - сто семьдесят человек.

Ма Чан посоветовал мне познакомиться и побеседовать с тибетцем Снанимой Дегатима.

- Он прошел, - сказал Ма Чэн, - очень характерный жизненный путь. От бездомного батрака революция подняла его до командира партизанского отряда. Сейчас Снанима - член Коммунистической партии.

Но Снанимы не оказалось в общежитии, и для беседы с советским товарищем послали первого попавшегося тибетца. Им оказался Цэрэн Касан.

Наша беседа с Касаном подходила уже к концу, когда нашелся и Снанима. Дверь распахнулась, и в ней показался такой же высокий и стройный, как Касан, юноша.

- Здравствуйте, товарищи! - приветствовал он нас и назвал себя полностью, как водится в Тибете: из деревни Сератун, по семейной фамилии Дегатима, по личному имени Снанима.

Здороваясь, он широко размахнул руки. На белой рубашке я увидел комсомольский значок с пятью золотыми буквами «ВЛКСМ». Заметив мой вопросительный взгляд, Снанима пояснил:

- Это подарили московские комсомольцы. Мне ведь довелось побывать в Москве. И даже два раза.

Снанима сел рядом со своим однополчанином. Оба стройные, красивые, полные человеческого достоинства и в то же время приветливые и скромные.

Касан закончил свой рассказ о себе, и мы начали разговор об изменениях в Тибете, которые произошли после 23 мая 1951 года, когда было подписано соглашение с Центральным Народным правительством КНР о мероприятиях по мирному освобождению Тибета.

Конечно же, речь прежде всего пошла о Сикан - Тибетской и Цинхай - Тибетской шоссейных дорогах. Какой потребовался титанический труд, чтобы соорудить эти магистрали! Но как это укрепило связь Тибета с внешним миром и прежде всего с Китаем! Раньше из Тибета в Китай можно было проехать только верхом по опасной горной тропе. Этот путь занимал три - четыре месяца! По новым шоссе пошли автомашины, и они преодолевают это расстояние за четырнадцать - пятнадцать дней.

Сейчас вблизи Лхасы сооружен аэродром, и в Тибет начинают летать самолеты. Ушла в невозвратное прошлое вековечная изолированность Тибета от внешнего мира.

По «крыше» нашей земли пошли геологи. В Лхасе начала работать геофизическая обсерватория. В небе Тибета каждый день можно видеть воздушные шары. Их запускает Лхасская метеорологическая станция. На стремительной реке Лхасахэ плавает маленькое судно, на котором гидрологи днем и ночью исследуют характер реки. Исследуются также главные реки Тибета - Брамапутра и Ниянхэ.

В Лхасе созданы авторемонтные мастерские и небольшой железоделательный завод. Вспыхнул электрический свет. В этом городе повсюду можно увидеть пионеров с красными галстуками. Это школьники. В двух лхасских начальных школах обучается свыше тысячи мальчиков и девочек. А всего в Тибете создана тридцать одна начальная школа. Уже открыта первая средняя школа.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В июльском номере читайте о трагической судьбе младенца-императора Иоанна Антоновича, о жизни и творчестве замечательного писателя Ивана Лажечникова, о композиторе Александре Бородине - человеке весьма и весьма  оригинальном, у которого параллельно шли обе выбранные им по жизни стези – химия и музыка, об Уильяме Моррисе -  поэте, прозаике, переводчике, выдающимся художнике-дизайнере, о нашем знаменитейшем бронзовом изваянии, за которым  навсегда закрепилось имя «Медный», окончание иронического детектива  Елены Колчак «Убийство в стиле ретро» и многое другое



Виджет Архива Смены