- Нет, нет, - ни за что!
- Почему, моя дорогая? (уже сейчас же и дорогая!). Ведь поцелуй – это простое прикосновение. Когда вы спите – вы касаетесь щекой вашей подушки – и ничего! Тогда вы не кричите: «нет, нет!» Что же я, по-вашему, хуже подушки?
Втайне, конечно, я не могла с ним не согласиться, но все-таки я не такая уж дурочка:
- Нет, ни за что! На улице ходит народ, наши силуэты будут ясно видны и… и…
- Я опущу шторы!
- Нет… нет… Кто-нибудь может нечаянно войти к вам…
- Пустое… Дверь у меня на ключе…
- Ради Бога! Ни за что! Лучше режьте меня на куски – я не соглашусь! Вы мне растреплете своими поцелуями волосы, а у вас, вероятно, нет даже гребенки, чтобы причесаться…
И вдруг – только несчастным женщинам Господь посылает такое испытание – он подскакивает к зеркалу и берет с подзеркальника целых две гребенки…
Я вскрикнула, как пораженная громом.
Он вырвал последнее оружие из моих слабых рук…
Подруга Лили, когда я ей откровенно рассказала об этом случае и о своем отчаянном сопротивлении, о своей борьбе, – спросила меня:
- Отчего же ты вместо этого прямо не сказала ему, что ты замужем, что ты должна принадлежать другому?
Я так и всплеснула руками:
- Бо-же ты мой! А ведь и в самом деле!!!
«Сатирикон», 1911
I
Я стоял на набережной, облокотившись на парапет, и бесцельно глядел на мирно проплывающие воды.
Звук шлепающих за моей спиной шагов заставил меня обернуться.
Подходил угрюмый человек ободранного, запыленного вида в развалившихся калошах на босу ногу.
В 9-м номере читайте о «золотом времени», проведенном Федором Тютчевым в Баварии, о графе Рибопьере, благодаря которому впервые на Олимпиаде увидели русских силачей, о Наталье Шереметьевой, нашедшей в себе мужество разделить трагическую судьбу своего мужа Ивана Долгорукого, беседу с Юрием Статником – выдающимся басом Большого театра, продолжение остросюжетного романа Александра Полянского «Жара» и многое другое.
Московские волонтеры делают все, чтобы превратить старость одиноких людей в радость
Василий Суриков – создатель полотен, на которых запечатлены эпизоды русской истории, показаны яркие личности, схваченные художником в самые трагичные моменты их жизни. И среди них - украшение Третьяковской галереи «Боярыня Морозова».