– Или пострадавший, – согласился полковник, – это не меняет дела – опытный взломщик. Не новичок. Ты сам знаешь – такие наборы теперь редкость. А значит, готовилось преступление. – Увидев, что Бугаев хочет возразить, Корнилов остановил его: – Все, Семен, прения сторон закончены. Делом заниматься надо. На сегодня задача такая – поиски «Жигулей» белого цвета, проезжавших около трех часов ночи по Приморскому шоссе. И еще: надо предупредить все сберкассы и предприятия Сестрорецкого и Ждановского районов, чтобы были более внимательны. Улучшили охрану. Запроси данные, кто из известных медвежатников может предположительно быть сейчас в городе.
Бугаев ушел. Полковник достал из сейфа папку с ежедневными сводками происшествий. Внимательно перечитал их за весь последний месяц. Никаких ограблений или попыток ограбить кассы предприятий или сберегательные кассы в сводках не значилось. Он отложил папку. Недовольно подумал о разговоре с Бугаевым. «Не слишком ли я миндальничаю с сотрудниками? Все со мной спорят, доказывают свои точки зрения». Полковник был человеком мнительным, знал это хорошо, но ничего поделать с собой не мог. И вдруг ему пришли на память слова, прочитанные недавно в одной из книг, он только никак не мог вспомнить, в какой: «Мы заслуживаем уважения лишь постольку, поскольку умеем ценить других».
Бугаеву хотелось представить, как шел погибший из поселка к шоссе в три часа утра. Он позвонил в Зеленогорск участковому инспектору и попросил, чтобы тот его встретил на пятьдесят пятом километре.
– В три утра? – переспросил инспектор. Голос у него был мягкий, молодой. – Я не ошибся?
– Нет, не ошибся! – не желая вдаваться в подробности, коротко ответил Бугаев.
Семен попросил шофера доехать до пятьдесят шестого, а сам пошел не спеша на встречу с инспектором пешком. Справа за редкими соснами виднелся залив. Тихий, словно придавленный густым слоем тумана, висевшим в метре над зеркальной водой. Лишь изредка доносился свист крыльев и тяжелый всплеск – утки уже вылетели на кормежку.
Ни одна машина не проехала по шоссе, ни один человек не встретился по пути.
Инспектора Бугаев заметил издалека. В стороне залива, среди дюн, на толстом бревне, наверное, выброшенном морем, сидел человек и смотрел на залив. «Не иначе, как он, – решил Семен. – Кто еще по доброй воле будет рассиживаться здесь в такую рань?»
Майор пересек шоссе, перепрыгнул неглубокую, заросшую пыльной травой канаву и пошел по вязкому, сыпучему песку. Песок чуть скрипел под ботинками, и сидевший на бревне обернулся. Увидев Бугаева, он встал и двинулся навстречу. Так и сошлись они среди песчаных дюн, оставив за собой прямые стежки осыпающихся следов.
– Товарищ майор? – спросил инспектор и, еще не дождавшись ответа, протянул руку.
Бугаев пожал ее и кивнул.
– Он самый. Бугаев Семен Иванович.
– Лейтенант Аникин, – представился инспектор. – Павел Сергеевич.
– Заливом любуетесь?
– Да, товарищ майор, – вздохнув, ответил инспектор. – Я им всегда любуюсь. В любую погоду. – И тут же добавил, пряча улыбку: – В свободное от службы время.
Инспектор понравился Семену. Был он молод, высок, держался очень естественно, без суеты, которую так не терпел Бугаев.
– Тут у вас где-то есть тропинка с пятьдесят пятого километра в поселок, – сказал майор. – Знаете ее?
– Знаю, – кивнул инспектор. – Я по ней и пришел. Вы, наверное, в связи с этим случаем? С заявлением Колокольникова?
– Слышали об этом?
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
О Таллинском железнодорожном ПТУ имени А. А. Мюрисепа – лауреате премии Ленинского комсомола
Рассказ