Ни Кот, ни двое остальных парней не успели сообразить, что произошло, когда раздался истерический крик Ниночки:
- Кот, Кот! Он сейчас в окно выскочит.
На полу стонал Косой, пытаясь подняться. Кровь сочилась по смуглой щеке, черные глаза были полны бешенства.
- Дай ему, Кот, - прохрипел он.
И Кот глыбой двинулся на нож. Парни зашли с боков.
- Стой, ребята, - угрожающе предупредил Виталий. - Бежать мне некуда. А она... - Ему вдруг пришла новая мысль. - Она же дешевка! - Он с презрением посмотрел на Ниночну. - Она же липла ко мне всю дорогу и плевала на тебя. Косой! Хотела, чтобы затащил ее под любой куст, паскуда! А я чужих баб не трогаю! Понял?
Он сказал это с такой силой и яростью, что взгляды всех обратились на Ниночку, и та залилась краской, задрожали губы, она съежилась, как от удара, под неостывшим взглядом Косого. Да, Виталий не врал, это было сейчас всем ясно.
- Гнида... - прошептал Косой, тяжело поднимаясь с пола и утирая рукой кровь со щеки, - Теперь попомнишь меня... - И он грязно выругался.
Видно, Ниночку тут знали.
Кот, сопя, отошел от двери, парни замерли. Все ждали, что скажет Косой. А тот мутно посмотрел на Виталия и, повернувшись к Анисье, которая испуганно жалась в своем углу, хмуро приказал:
- Водку давай, зараза! - И только потом бросил Виталию: - Опускай нож.
Все уселись за стол.
Выпив, Косой вдруг задумчиво сказал, глядя куда-то мимо Виталия:
- Ну, ты даешь, Олежка! Но откуда все-таки эта... - Он опять выругался, кивнув на Ниночку. - Откуда она про гостиницу взяла, а?
Виталий не увидел, а скорее почувствовал, как снова насторожились парни вокруг. Косой уставился в пространство, и только желваки круто перекатывались под смуглой кожей на скулах.
- Я в гостиницу ту девчонку проводил, - как можно беспечнее ответил Виталий. - Почем я знаю, кто еще туда заходил?
«Неужели не все? - с тревогой подумал он. - Неужели еще что-то будет?» Голова горела, минутами накатывала вдруг странная слабость. И Виталий подумал: «Что со мной? Трушу, что ли?»
- Почем знаешь? - переспросил Косой, не поворачивая головы. - А мы почем знаем, брешет она или нет?
- Первый раз она вам брешет, что ли?
- Ну, не первый... А все-таки...
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
К семидесятилетию со дня рождения