- Имею кофе. На восточные марки.
- Продаю сигареты. Беру восточные марки. - Покупаю восточные марки.
- Швейцарские часы. Предпочтение деньгам восточным.
Любовь спекулянтов к восточной марке никого не удивляла, все уже знали, как выгодно сбывать эти марки в американские меняльные конторы. Правда, не все спекулянты понимали, что черный рынок втянул их в широко задуманную диверсию против восточногерманской валюты.
Полицейский стоял на вершине каменной груды и спокойно взирал оттуда на толпу. Он был похож на памятник самому себе. Впрочем, время от времени «памятник» покидал пьедестал, врывался в толпу и забирал первого попавшегося спекулянта. Он отводил его за развалины, и там из кармана спекулянта в карман «памятника» переходила некоторая часть барыша. Спекулянт возвращался на рынок, и единственным результатом вмешательства стража порядка было повышение пострадавшим спекулянтом цены на свой товар.
На этом рынке можно было купить все - от жевательной резинки до американского военного пистолета новейшего образца. Рынком пользовались американцы и в целях чисто личной наживы, не очень пытаясь скрывать свои спекулятивные операции. Они просто не понимали, почему нужно таиться, применяя основной закон жизни своей страны, считающей частную инициативу матерью бизнеса, а тем более теперь, когда само начальство приказывает насыщать черные рынки дефицитными товарами и продавать их за восточную валюту. Этот бизнес весьма и весьма выгоден...
Владимир Субботин среди людей, заполнивших рынок, производил впечатление преуспевающего коммерсанта: хорошо сшитое черное осеннее пальто, черная шляпа, кожаные перчатки, во рту - дорогая английская трубка «Бриош», в руке - массивная трость с ручкой из слоновой кости. Он стоял на одном месте, словно давая всем понять, что искать свой товар не собирается: знает - товар придет к нему сам. И товар действительно приходил. Возле Субботина то и дело останавливались спекулянты:
- Имею отрез английского сукна.
- Предлагаю французское белье.
Не удостаивая спекулянтов даже взглядом, Субботин только чуть заметно отрицательно поводил головой. Он терпеливо ждал то, что ему было нужно...
Владимир Субботин пришел в разведку несколько необычным путем. В начале сорок второго года он добровольцем ушел на фронт. Ему тогда не было и семнадцати лет, но, глядя на этого рослого, крепкого паренька, все думали, что ему больше. Через три дня после прибытия на фронт зимним метельным утром Субботин участвовал в первом бою. Он ничего еще не понимал, просто с винтовкой в руках бежал вместе со всеми по рыхлому снегу, и вдруг все исчезло. Очнулся в немецком госпитале.
Как только рана чуть зажила, Субботина перевели в лагерь для военнопленных. Это был лагерь этапный - пленные здесь подолгу не задерживались. Не дожидаясь отправки, Субботин ночью убрал часового и, прихватив его автомат, бежал. Неделю он плутал по лесам и болотам белорусского Полесья, пока не попал в расположение партизанского отряда. Когда командир узнал, что Субботин прилично владеет немецким языком, дал ему очень рискованное специальное задание. Субботин явился в гитлеровскую комендатуру города Орши под видом дезертира, разуверившегося в Советской власти и желающего служить немцам. Так он стал переводчиком при комендатуре. Партизаны с того дня были осведомлены обо всем, что делалось в стане врага, и соответственно строили свои боевые операции.
С этого времени Субботин и связан с разведывательной работой.
... В проезде между развалинами остановился «виллис». Из машины выскочил американский офицер. Он оставил шоферу свою фуражку, поднял воротник плаща и направился в толпу.
Увидев этого офицера, Субботин покинул свое место, перешел правее и стал так, что американец непременно должен был пройти мимо него.
- Интересуюсь оптовыми сделками, - тихо произнес по - немецки Субботин, как только американец поравнялся с ним.
- Что именно? - спросил американец тоже по - немецки.
- Отойдемте в сторону, - по - английски произнес Субботин и пошел к развалинам.
Они присели на обломок кирпичной стены и начали деловой разговор.
- Я интересуюсь только оптовой сделкой.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.