— Не знаю. Я в субботу уехала к матери в деревню, а вернулась в воскресенье около двенадцати ночи. А чего это мой Колька вас заинтересовал? – забеспокоилась Терехова. – Может, он снова набезобразничал, наозорничал где, а? Так вы уж мне сразу скажите!
— Нет, нет, – поспешил я успокоить ее. – Я подумал, что Николай мог видеть четырнадцатого мая Никиту Гладышева и разговаривал с ним.
— Вот не знаю, – успокоилась Терехова. – Вы у него сами спросите.
— Пожалуй, воспользуюсь вашим советом.
— Дмитрий Васильевич, – неуверенно, просящим тоном произнесла Терехова, – а что мне будет за это... письмо?
— Если вы написали правду...
— Да господь с вами! – взволнованно воскликнула Терехова. – Зачем же мне напраслину-то возводить? Мне ведь как Никиту жалко, и не передать. Я ж как услыхала про то, что с ним случилось, сразу поняла: из-за отца, из-за него все это!
Она была непреклонна в своем мнении, что во всем виноват Федор Борисович Гладышев.
Продолжение следует.
В 9-м номере читайте о Верховном канцлере Российской империи в годы правления Елизаветы Петровны Алексее Петровиче Бестужеве-Рюмине, о нелегкой, драматической судьбе первого российского посла в Афганистане Ивана Викторовича Виткевича, о Надежде фон Мекк – женщине, видевшей смысл своего существования в музыке Петра Ильича Чайковского, о жизни и творчестве Квентина Тарантино, окончание остросюжетного романа Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
С инструктором ЦК ВЛКСМ Владимиром Дружининым беседует Сергей Попов, специальный корреспондент «Смены