- Не знаю... - Ерики покачал головой. - Ведь о том, что мы работаем, известно и полиции. Правда, самым высшим чинам. Они ждут от нас результатов и потому держатся в роли стороннего наблюдателя и даже помогают нам. И если мы не найдем убийцу и подозрение падет на нас, тогда все пропало... Нет, это не годится. Никуда не годится.
- Хорошо. Допустим, ты прав. Но тогда напрашивается вот какое соображение. Эти бандиты - предположим, что они действительно существуют, - так вот, эти бандиты, очевидно, могут выставить своих свидетелей и натравить на нас полицию в любое время, когда только им заблагорассудится. Мы целиком и полностью зависим от них...
- Какая чушь! Да они только и ждут, чтобы вы упали духом. Трус всегда попадается на эту удочку. Услышит, что поблизости бродят волки, забьется в свою нору и, хотя отлично сознает, что неминуемо помрет от голода, нипочем не высунет нос наружу... Ох, простите, сэнсэй, это я от злости, что у нас все так нелепо складывается.
- Ничего, я и сам знаю, что я трус. Но вот я сейчас слушал тебя, и мне пришло в голову... Послушай, пойдем в полицию и все расскажем, ведь нам самим легче станет.
Ерики исподлобья глядит мне в лицо. То ли он действительно жалеет меня, то ли осуждает, а может быть, просто притворяется. Закусив губу, он невнятно говорит:
- Кое-кто, вероятно, обрадуется. Их ведь уйма таких, кто спит и видит выгнать нас с вами отсюда и превратить лабораторию в подсобный вычислительный центр... И вот еще что, сэнсэй. Вы отказываетесь признать существование торговли зародышами. Вы считаете, что вашу супругу заманили в ловушку, чтобы привлечь внимание к этой сказочке. А вы представьте себе, что такое предприятие действительно существует. Тогда получится, что они не только не собираются прятаться от вас, но сами настойчиво подсовывают вам фанты... - Легонько постукивая пальцами по краю пульта. Ерики вдруг переходит на шепот: - Или, может быть, это - предупреждение, сэнсэй. Они хотят вам показать, что у них достанет силы расправиться и с вами... Действительно, мужчина убит, женщина убита...
- И что же ты предлагаешь? - Я замечаю, что давно уже расхаживаю, стуча каблуками, среди блоков машины.
- Выяснить, что собой представляет эта ловушка. Ничего другого не остается. - Я молчу, и Ерики вкрадчиво добавляет: - Впрочем, можно запросить машину.
- Довольно! - кричу я. Мне страшно, и я зол на себя за этот страх. Кажется, я ждал этого предложения. Ждал и боялся.
- Почему? Разве вы больше не доверяете машине?
- Машина - это логика. Здесь не может быть речи о недоверии...
- Тогда почему...
- Это не такое дело, с которым стоит обращаться к помощи машины.
- Странно... Значит, вы признаете, что прав я?
- Почему же странно?
- Но вы колеблетесь, сэнсэй. И если вы не доверяете машине, значит, вы не доверяете логике?
- Можешь думать, как тебе заблагорассудится.
- Нет, так нельзя. Получается, что для вас важна только сама машина, а в том, что она предсказывает, вы не заинтересованы.
- Кто это тебе сказал?
- Ну как же? Если предположить, что вы не решаетесь обратиться к машине не потому, что не верите ей, а потому, что не желаете верить, то чем ваше мнение отличается от мнения противников машины? И тогда вы, сэнсэй, как человек, который страшится знать будущее, не способны руководить нашей работой.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.