Долго собирался с духом Румеров, а когда пришел в себя, то сказал своим тонким, не по комплекции голосом:

– Если не ошибаюсь, в сентябре прошлого года. Но не четыреста, а шестьсот.

– Какого числа?

– Простите, вот этого не могу точно сказать.

– А за что? Только прошу, не говорите, что отдавали долг.

Румеров, опять помолчав, признался:

– За машину.

– Максимов заплатил столько же?

– Да.

– Тогда же?

– Немного раньше.

– А отдавали Перфильеву из рук в руки?

– Нет, что вы! Мы давали Славе.

– Сейчас составим маленький протокол, и вы свободны, – сказал Синельников. – Но одно условие: никому ни слова.

– Ну что вы! Как можно?! Я все понимаю. Подписав протокол, вконец расстроенный Румеров ушел, а Синельников отправился к начальнику отдела. Андрей Сергеевич выслушал его и сказал:

– Знаешь что, инспектор Алексей, нам эту кашу и в семь ложек не расхлебать. Выходы будут...

Он по внутреннему телефону позвонил начальнику отдела по борьбе с хищениями социалистической собственности. Тот сказал: «Прошу», – и они поднялись к нему, на третий этаж.

Уяснив суть дела, начальник ОБХСС вызвал своего сотрудника Ковалева, которого Синельников часто встречал в управлении, но знакомства они не водили.

Договорились так. Ковалев с помощью опытного ревизора займется проверкой отчетности, связанной с деятельностью бывшего сотрудника комиссии Перфильева, и вообще всем, что имеет отношение к распределению фондов, а Синельников будет разрабатывать свою версию и вести дознание по линии Перфильев – Короткое – Румеров – Максимов.

Синельников с Ковалевым вместе спустились в буфет, поели и вышли во двор покурить. Синельников рассказал Ковалеву кое-что поподробнее, и они расстались, условившись каждый день поутру обмениваться добытыми сведениями.

• Страницы:
• предыдущая
• 1
• …
• 6
• 7
• 8
• 9
• 10
• 11
• 12
• 13
• 14
• …
• 17
• следующая

Представьтесь или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.