УЖЕ БОЛЕЕ полутора часов топтали копыта лошадей ароматные травы колыхалась, тачанка, в которой сидел учитель Калиманов, по неровностям целины, а все еще не видно было полосы той дороги, по которой вечером ушел обоз.
Калиманов напрасно приподнимался в экипаже, кучер тщетно балансировал на узком и неудобном облучке, рискуя целостью своей шеи. Нигде, куда хватал глаз, не было видно знакомой, ласковой полосы тянувшегося обоза.
- Куда теперь ехать? - не выдержал Калиманов. - Вертай назад!
Опытный кучер запротестовал:
- Нельзя назад, учитель! Назад хуже будет. Совсем заплутаем.
- А что же делать?
- Вперед ехать. Как ехали.
- А если мы совсем в другую сторону повернули?
- Куда нибудь да приедем.
- Приедем к полякам.
Вместо ответа кучер вдруг гикнул каким - то особенно радостным тоном и лошади, дернув, натянули постромки и перешли в галоп.
- С ума сошел! Опять поломаемся!
- Вон дорога.
И действительно, меньше чем через минуту, дорога, перечерченная рытвинами следов, мягко зашумела, улегшейся к ночи пылью под колесами тачанки.
- Вон и следы! Должно наши! Ннно, милые!
Милые помчали со всем задором лошадей, чующих впереди отдых и скоро там, где дорога неожиданным поворотом, бросалась под гору в лощине, закрытой от степных ветров, показалась небольшая деревушка, тонувшая в зелени вишневых садиков.
Трубы всех лат дымились, суля вкусные «снидания», а у колодца, выскочившего на околицу и приветствовавшего путников уютным скрипом своего нелепого рычага, несколько красноармейцев поили лошадей -
- Эй! Эй! - заорал Калиманов.
Один из красноармейцев приподнял голову и ответил на крик неопределенным жестом руки.
В 3-м номере читайте о трагической судьбе дочери Бориса Годунова царевны Ксении, о жизни и творчестве «королевы Серебряного века» Анны Ахматовой, о Галине Бениславской - женщине, посвятившей Сергею Есенину и жизнь, и смерть, о блистательной звезде оперетты Татьяне Шмыге, о хозяйке знаменитого парижского кафе Агостине Сегатори, служившей музой для многих знаменитых художников, остросюжетный роман Екатерины Марковой «Влюблен и жутко знаменит» и многое дургое.