Максвелл протер слезящиеся глаза. Вонь достигла и коридора, но тут все-таки можно было кое-как дышать.
Шарп сидел, привалившись к стене, судорожно кашлял и тер глаза. Кэрол скорчилась в углу. Оп, согнувшись в три погибели, тащил из отравленной комнаты бесчувственную Нэнси, а оттуда по-прежнему доносился свирепый визг саблезубого тигра, расправляющегося с врагом.
Максвелл, пошатываясь, побрел к Кэрол, поднял ее, вскинул на плечо, как мешок, повернулся и заковылял по коридору к выходу.
Шагов через двадцать он остановился и оглянулся. В этот момент из двери приемной выскочил колесник. Он наконец стряхнул с себя Сильвестра, и оба колеса вращались теперь в одну сторону. Он двигался по коридору, выписывая фантастические вензеля, прихрамывая — если только существо на колесах способно прихрамывать,— натыкаясь на стены. Из огромной прорехи в его животе на пол сыпались какие-то маленькие белые крупинки.
Шагах в десяти от Максвелла колесник упал, потому что одно из колес, ударившись о стену, прогнулось. Медленно, с каким-то странным достоинством колесник повернулся, и из его живота хлынул поток насекомых, образовавших на полу порядочную кучу.
По коридору крадущейся походкой скользил Сильвестр. Он припадал на брюхо, вытягивал морду и осторожными шажками подбирался к своей жертве. За тигренком шел Оп, а за неандертальцем — все остальные.
— Вы могли бы спустить меня на пол,— сказала Кэрол.
Максвелл бережно опустил ее и помог встать на ноги. Она прислонилась к стене и негодующе заявила:
— По-моему, трудно придумать более нелепый способ переноски. Тащить женщину, как узел с тряпьем! Где ваша галантность?
— Прошу прощения,— сказал Максвелл.— Мне, конечно, следовало оставить вас на полу.
Сильвестр остановился и, вытянув шею, обнюхал колесника. Он наморщил нос, и на его морде было написано брезгливое недоумение. Колесник не подавал никаких признаков жизни. Сильвестр удовлетворенно попятился, присел на задние лапы и принялся умываться.
Шарп быстро прошел мимо колесника.
— Идемте,— сказал он.— Надо выбраться отсюда.
Инспектор Дрейтон встал поперек коридора.
— Боюсь,— сказал он внушительно,— что вам всем придется пойти со мной. Мне понадобятся ваши показания.
— Показания?— злобно повторил Шарп.— Да вы с ума сошли! Какие там показания, когда дракон на воле и...
— Но ведь был убит внеземлянин!— возразил Дрейтон.— И не простой внеземлянин, но представитель наших возможных врагов. Это может привести к самым непредвиденным последствиям.
— Да запишите просто: «Убит диким зверем»,— посоветовал Оп.
— Оп, как вы смеете!— вспылила Кэрол.— Сильвестр совсем не дикий. Он ласков, как котенок. И он вовсе не зверь!
— А где Дух? — спросил Максвелл, оглядываясь.
В 8-м номере читайте об удивительном человеке – боцмане с линкора «Императрица Мария» Александре Абакумове, который прослужил на флоте до девяносто трех лет, об одной из самых знаковых фигур в истории балета – Марии Тальони, о жизни и творчестве Жоржа Сименона, о трагическом периоде, с связанном с Савонаролой и его проповедями, пришедшемся на последние годы жизни великого Алессандро Боттичелли, остросюжетный детектив Александра Полянского «Жара» и многое другое.
С доктором исторических наук, профессором Отто Николаевичем Бадером беседует специальный корреспондент «Смены» Марк Баринов
На вопросы специального корреспондента «Смены» Евгения Месяцева отвечает заведующий кафедрой правовых наук Высшей Дипломатической Школы МИД СССР, вице-президент Международного института космического права, доктор юридических наук профессор Г. П. Жуков