В грозные годы опасности, нависшей над молодой Советской республикой, на защиту завоеваний революции поднялись десятки тысяч рабочих и крестьян Дальнего Востока. Немеркнущей славой овеяны боевые знамена приамурских и уссурийских партизан, навсегда останутся в памяти нашего народа и штурмовые ночи Спасена и волочаевские дни - В партизанских и красногвардейских отрядах, созданных Коммунистической партией, сражались тысячи молодых патриотов, чьи героические дела, достойные легенд и песен, вписаны в замечательную летопись истории гражданской войны.
Нашей советской молодежи, наследнице славных революционных традиций, посвящаю я свои воспоминания о партизанах - дальневосточниках.
За селом на опушке леса пять партизан отряда Гармашева несли полевой караул. Уже давно стемнело. Над тайгой лежала узкая полоска латунной октябрьской зари. Было тихо. Сидевшие в валежнике партизаны говорили шепотом.
Сенька Бальбот, шестнадцатилетний доброволец, накрыв голову старой отцовской тужуркой, курил.
- Смотри, Сенька, влепят они тебе пулю прямо в цигарку! Да и не порядок курить в карауле, - говорил старший.
- Ничего, кругом кусты. Да беляки теперь спят. Им во как всыпали, дай бог за ночь очухаться!
Затушив цигарку, Сенька повернулся к говорившему:
- Не только беляки да японцы, - мой батя, пузач - фельдфебель, и то, поди, дрейфит...
- Утром, сказывали, пленных колчаковцев захватили. Гляди, еще и встретишься с папаней.
- Шкура барабанная - батя мой, - хмуро сказал Сенька. - Как нацепил ему царь за службу при дворце в Семеновском полку крестов да медалей, да как сделали из него подпрапора, такой зверюга стал, куда там!... Мать говорила, проклял меня отец, когда узнал, что я ушел к красным.
К рассвету навалился туман. Дозорные чутко прислушивались к малейшему шороху.
- Идут! Обходят с фланга!
Подхватив карабин, Сенька кубарем скатился с косогора и скрылся в тумане.
Через полчаса на левом фланге ударили пулеметы, заработала батарея, заухали шестидюймовки бронепоезда. Колчаковцы пошли в наступление. Но им не удалось захватить партизан врасплох. Отряд Погорелова обошел врага с правого фланга, мой отряд зашел противнику в тыл. Завязался бой.
К полудню, оставив более двухсот убитыми и ранеными, колчаковцы отступили к Хабаровску.
... Сенька Бальбот после горячего боя сидел у станционной сторожихи Власьевны и пил молоко, закусывая мягкими шаньгами.
- Да ты хоть бы умылся, сердешный. Ровно медведь...
- Некогда, тетушка... Вот белых побьем...
Власьевна сквозь слезы стала рассказывать, как белый фельдфебель повесил стрелочника, как казаки надругались над его женой...
В 11-м номере читайте о видном государственном деятеле XIXвека графе Александре Христофоровиче Бенкендорфе, о жизни и творчестве замечательного режиссера Киры Муратовой, о друге Льва Толстого, хранительнице его наследия Софье Александровне Стахович, новый остросюжетный роман Екатерины Марковой «Плакальщица» и многое другое.
К 75-летию со дня смерти В. Г. Петрова