— А летом им тоже играть негде: площадок нет, свалка рядом.
— Школьники наши уроки делать на полу или на кроватях пристраиваются: стол же письменный в комнате не поставишь.
В голосах уже безнадежность и отчаяние.
– Мы уже до того дошли, что готовы самовольно занимать освобождающиеся комнаты. А что? Уедет Халилова, пробьем дверь в стене, объединим две комнаты. Пусть делают, что хотят.
Когда-то они еще верили в перемены, сейчас махнули на все рукой.
По вечерам в общежитие приходит техничка Сари Ибрагимова. Моет коридор; в кухнях наводить порядок должны сами жильцы.
– Плохо стали убирать, – чуть слышно ворчит Ибрагимова. – Ни за чем не следят. А убирать надо, а то тут совсем плохо будет. Раньше субботники устраивали, уже два года никто не выходит.
Она прибрала в кухне, где стены покрыты черным налетом жирной копоти, сломанные розетки болтаются на проводах, а у плит работает едва половина горелок. Но тут же прибежавший за водой ребенок чуть задел крайнюю раковину, та свалилась с прогнившей трубы, и грязная лужа поползла по полу.
– У нас все так, – махнул рукой кто-то из взрослых. – Сантехник уже делать ничего не хочет – сгнило все, менять надо. А кто будет менять? Ковровый про нас забыл.
Вот так просто и необъяснимо – предприятие забыло о тех, чьим трудом стало сильным.
И вот ведь никак нельзя сказать, чтобы на Ковровом вообще не думали о жилье, детских садах, столовых, пионерских лагерях. И делают, казалось бы, не так уж мало. Когда несколько лет назад заселяли общежитие №2, объединение гремело по всей республике. Его ставили в пример. Общежитие вышло на славу – с подсобками в каждой комнате, буфетом, парикмахерской, спортивной комнатой. Сейчас объединение строит новую столовую на 400 мест с залом национальной кухни – имеющихся, весьма приличных, не хватает. Каждое лето к приезду детей обновляется пионерский лагерь. Мне даже «шепнули по секрету», что заместитель директора по коммерческой части Икрамов как-то больше печется об общежитиях, а заместитель по кадрам и быту Сотиболдиев больше других болеет за детские сады.
Не так уж давно генеральный директор коврового объединения Ш. К. Каландаров, его заместитель по быту и кадрам А. С. Сотиболдиев, председатель профкома Е. Л. Казанина, секретарь комитета комсомола И. Шрайбер побывали во всех четырех общежитиях объединения, беседовали с людьми, рассказывали о перспективах – например, о строительстве микрорайона ковровщиков. И хотя объединение в последние годы почти не строило жилья – что такое 170 квартир за всю десятую пятилетку для предприятия, на котором занято более 5 тысяч человек? – люди входили в положение объединения, у них появлялась надежда. И жильцы четвертого общежития тоже решили надеяться. Но попросили о самом необходимом: построить рядом какие-нибудь сарайчики, площадку для детей, душевую – котельная же в трех шагах.
Все это было им обещано. И ничего не было сделано.
Сейчас все объясняется просто: строили громадные складские помещения, которые не были построены в свое время, а после случившегося разорительного пожара стали самым настоящим горящим объектом. И вопрос вроде стоял так: или склады, или полный ремонт общежитий. На все у ремонтно-строительного цеха объединения сил не хватит. А подрядчика для ремонта не нашли. Склады строили хозспособом, всем ковровым миром. Здесь это называется «хошар». Вспоминают сейчас с удовольствием: хорошая работа!
Но на вопрос: «А нельзя ли на ремонт общежития так же навалиться?» – недоуменное молчание в ответ. А потом подробное перечисление причин, почему нельзя – лимиты, подрядчики, фонды...
И получается: в знаменитом общежитии №2, которое жильцам четвертого представляется раем земным, ремонт тянется уже год. Причем не капитальный, как планировалось, как выделялись средства, а скромный текущий. Целое крыло здесь уже полгода живет без воды.
А в многострадальном четвертом общежитии все лето меняли наружную проводку на скрытую. Розетки все лето были отключены. Чтобы работал холодильник – а в сорок градусов жары он для семьи первая необходимость, – провода подсоединяли к патронам для лампочек на потолке. Все лето провода под током висели в тесных комнатах, где были дети. К счастью, ничего непоправимого не случилось.
Нет, тут уж не в отношениях с министерством, не в поведении подрядчиков хочется разбираться. Тут нужно говорить о другом. Об отношении к людям.
Попался мне как-то в объединении на глаза документ, называвшийся «План по улучшению жилищно-бытовых условий в общежитиях коврового объединения». План на весь текущий год. Хорошо, что он есть. Хорошо, что в нем есть такие пункты, как ремонт крыш – а то в том же четвертом протекает, – ремонт канализации, оборудование прачечной. Но некоторые пункты вызывали иные чувства. Например: «Утеплить входную дверь». Или: «Установить стойки и натянуть проволоку для сушки белья». Срок исполнения то ли первое полугодие, то ли просто весь год. Ответственные за исполнение – в одном случае заместитель генерального директора по капитальному строительству, а во втором – сам главный энергетик объединения. Размах, солидность!
Да ведь эти-то два дела можно было сделать наверняка за то время, что план составлялся. И нужно было сделать уже много лет назад.
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.