– Это и еще многое другое, – сказал я. – Молоко, и сыр, и колбасу, и масло, и яйца, и ветчину, и...
– Перестань. Ты что, хочешь в страну с молочными реками и кисельными берегами?
– Пусть называется как угодно. Лишь бы мне получить там все, чего я хочу.
– А тебе ничего, кроме жратвы, не хочется?
– Неплохо бы, конечно, и еще кое-что. Например, поразвлечься, и против девочек я тоже не возражаю. Только не прикасаться больше ни к чему, из-за чего можно попасть в такую вот беду.
Я заметил, что он приподнялся и оперся на локоть.
– Так? Значит, масло, молоко и любовь не могут довести до беды?
– Насколько мне известно, нет.
– Ага, – сказал он и снова улегся.
Я думал, он уже уснул, когда он начал вдруг рыться в своих карманах, а затем сунул мне под нос какую-то бумажонку.
– Можешь ты прочитать это?
– Каким образом? Здесь ведь темно, как у кита в желудке!
– Неважно, – сказал он. – Я знаю это наизусть. Слушай: Именем народа Вальтеру Хеммингу, родившемуся под Оснабрюком 18.VII.1927 г., выносится следующий приговор: за многократное нарушение военно-хозяйственных законов, статья такая-то, за преступление против собственности НСДАП1, статья такая-то, за активное пораженчество, статья такая-то, а равно за саботаж и оказание помощи врагу, статья такая-то, вышеупомянутый приговаривается в общей сложности к пяти годам заключения в каторжной тюрьме. Необычная снисходительность приговора вызвана несовершеннолетием подсудимого, а также его незапятнанным прошлым...» И так далее.
Это было, как если бы он накинул мне на шею петлю и рывком затянул ее: я лежал под одной шинелью с каторжанином, с саботажником и притом здесь, во вражеской стране, во власти врага.
– Но это же неправда? – сказал я наконец.
– Ошибаешься. И если ты предпочитаешь лежать один, скажи прямо.
– Но как же ты...
– Ты хочешь сказать, не в каторжной тюрьме? Очень просто: они простерли свою снисходительность еще дальше – позволили мне выкапывать мины на фронте, в виде испытательного срока. Теперь я буду отбывать его здесь.
– Но разве ты на самом деле совершил все, о чем говорится в этом приговоре? – Я все еще надеялся.
– Все как есть...
В 8-м номере читайте о нашем гениальном ученом Михаиле Васильевиче Ломоносове, об одном любопытном эпизоде из далеких времен, когда русский фрегат «Паллада» под командованием Ивана Семеновича Унковского оказался у берегов Австралии, о музе, соратнице, любящей жене поэта Андрея Вознесенского, отметившей в этом году столетний юбилей, остросюжетный роман Андрея Дышева «Троянская лошадка» и многое другое.
Видный общественный деятель ФРГ поэт, писатель, композитор и исполнитель песен протеста Франц Йозеф Дегенхардт отвечает на вопросы корреспондента «Смены» Владимира Котелкина