Владимир Джа Гузман

Дима Мишенин| опубликовано в номере №1739, сентябрь 2009
  • В закладки
  • Вставить в блог

– А кроме того, что твоя первая книга увидела свет в Питере, что тебя еще связывает с этим прекрасным городом? И кто?

– В Питере родился мой отец. Я знаю этот город с детства, периодически жил в нем. Помню «Сайгон», а до него был «Рим» на Петроградской. Были тут и свои мистики, каббалисты, алхимики. Человек по имени Аксель, к примеру, изобрел живую воду, прогоняя ее через некие кристаллы. Другой чел периодически доставал лабораторный ЛСД, с которым его папа-ученый делал какие-то эксперименты. Мы тоже экспериментировали, некоторые выходили в окна. Были реальные жертвы. В Питере у меня до сих пор целая масса друзей, в основном – богемно-художественного плана, но не только. Правда, многие старые знакомые моего поколения уехали за границу, так что, мы встречаемся больше в Берлине или Лондоне.

– Твоя жизнь кажется идеальной в плане отношения к природе и своей душе – ты посвятил себя – себе. Ты движешься, не разрушая. Это – редкий талант.

– Как йог со стажем я близок всему экологическому, естественному – в питании, образе жизни, предпочтениях. Есть у меня знакомые, для которых это еще и профессия. Я хорошо знаком с берлинским архитектором Хинрихом Баллером – в его бюро некогда работала моя жена Анастасия. Он – представитель так называемой органической архитектуры, учитывающей не только экологичность материалов, но и эргономичность форм. Для одного детского садика, помню, специально возили тоннами некий особый песок из Италии. Баллеровская архитектура, которую сам мастер считает искусством, является берлинской классикой своего времени, там нет ни одного прямого угла... По-моему, они с женой даже вегетарианцы.

Мой другой знакомый, британский дизайнер Марк Брейзер-Джонс, сделал себе мастерскую в комплексе старинной фирмы 16 века, в ста километрах от Лондона. Вокруг – живописная английская кантри-сайд, по соседству поселилось еще несколько умельцев. Теперь там – целый производственный комплекс.

– Есть у тебя понимание того, что новейшие технологии несут миру спасение? Что электронные книги спасают леса? Что современная наука, которую клянут на каждом шагу за засорение окружающей среды, на самом деле делает мир гуманным и вегетарианским?

– К сожалению, люди больше интересуются не тем, как изменить мир в лучшую сторону, а тем, как эффективнее управлять друг другом. В самом деле: зачем самому менять мир, если можно заставить это сделать других? По вашему сценарию. Продвинутые формы суггестии – вот что должно спасти мир. Лично я верю, что лучший мир возможен. Но он никем не гарантирован. В этом – высшая дхарма.

– У западного народа есть свои духовные лидеры, как это было в 60-х? Прабхупада, Махариши или Джон Леннон…

– Сейчас главный лидер западного народа – Барак Обама, символ обновленной Америки. На роль духовных гуру сегодня по-моему, никто из вменяемых деятелей не претендует. В самом деле, о каком авторитете может идти речь в эпоху социального постмодерна, с его опытом критического дискурса? Кто знает, может быть, времена персонализированного лидерства, личной героики прошли? Возможно, быть героем уже не модно? Ведь всякий героизм построен на готовности рискнуть собой ради чужих интересов.

– Кто ты – герой, провокатор? Кто ты сейчас, кроме того, что тянешь лямку менеджера по проектам в Российско-британском инвестиционном клубе?

– Я всегда себя чувствовал свободным философом. «Учиться и каждый день познавать новое – разве это не приятно?» – говорил Конфуций. Если духовных лидеров в обозримом будущем не появится, придется брать эту нелегкую лямку на себя.

Владимир Джа Гузман (настоящая фамилия Видеман) – журналист, писатель, философ. Родился в Таллинне (Эстония) в 1955 г. По образованию – филолог. В 1987 году уехал в Южную Америку, через год переехал в Западный Берлин, где начал работать корреспондентом Русской службы Би-би-си. С 2006 года живет в Лондоне.

О книгах Гузмана

– Ты родился в Таллинне. Поэтому первым языком, на который были переведены твои книги с русского, стал эстонский?

– «Школу магов» перевели на эстонский, потому что там описывается местное богемно-диссидентское подполье, о котором знающие не говорят, а говорящие – не знают. После публикации книгу объявили хитом года, создали фан-клуб, провели со мной телемост. Сейчас еще одну мою вещь переводят. Ну, что ж, некогда мой пра-пра-предок, академик Фердинанд Видеман, создал первый в истории русско-эстонский словарь. Так что, держать руку на пульсе эстонской истории – наша семейная традиция.

– Какие из твоих книг будут изданы в ближайшее время?

– Еще не напечатаны: «Белый снег Колумбии», «В лабиринтах Манхэттена», «Берлинский разлом». Кроме того, я пишу теоретическую вещь «Преодоление модерна» и антиутопию «Лондонский бунт» (условное название).

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 12-м номере читайте об авторе бессмертной сказки «Аленький цветочек»  Сергее Тимофеевиче Аксакове, об истории возникновения железнодорожного транспорта в России, о Розалии Марковне Плехановой – жене и верном друге философа, теоретика марксизма, одного из лидеров меньшевистской фракции РСДРП, беседу с дочерью Анн Голон Надин Голубинофф, которая рассказала много интересного о своих родителях и истории создания «Анжелики», новый детектив Георгия Ланского «Мнемозина» и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этой рубрике

Кинопрезиденты США

В 1961 году Роберт Кеннеди сказал, что верит: через 40 лет негр сможет стать президентом США

Гимн женщине

3 апреля 1920 родился Юрий Нагибин

в этом номере

Эко-номия

Героические гаджеты, которые всеми силами пытаются помочь земной экологии

Наследие герцогства бургундского

В литературе ХIХ века богатые сословия предпочитали выпивать бургундские вина почти так же часто, как бордо и шампанское