Уволен за… честность

Борис Балкарей| опубликовано в номере №1402, октябрь 1985
  • В закладки
  • Вставить в блог

Бережливость — категория нравственная

Увольнять работника за честность нельзя. Однако, как говорится, «если нельзя, но очень хочется, то...» То можно применить другую формулировку, скажем, «за систематическое неисполнение трудовых обязанностей». Именно так и записано в трудовой книжке Сергея Тюттерина, теперь уже бывшего ветеринарного врача фермы Степаньково совхоза «Зеленоградский».

И добился такой формулировки не кто-нибудь, а... сам Сергей Тюттерин. Именно добился. Чем? Своими назойливыми требованиями навести на ферме порядок. Ну, просто надоел начальству. Вот руководство порядок и навело: ты, как ветврач, отвечаешь за дела фермы? Тебе и отвечать...

А могло быть совершенно иначе. Работал и работал бы Сергей на своей должности, если бы не боролся с бесхозяйственностью. Вот и народ о том же говорит.

Бригадир Александр Федорович Лабутин, молодцеватый и уверенный в себе, смотрел на меня открыто и ясно: «Насчет Тюттерина? Пожалуйста. Каждый раз у него с главным ветврачом совхоза были конфликты. Ему говорят: делай так-то и так-то. Нет, отвечает, это устарело — новейшая литература не тому учит. Словом, умнее других себя считал. А из-за него падеж молодняка у нас поболее, чем на других фермах, выходил».

— Почему из-за него?

— Надо вовремя прирезывать телят, — объяснил Лабутин.

Тут надо бы пояснить позицию Лабутина, а для того остановиться на некоторых технологических подробностях.

И до прихода Сергея на ферму здесь далеко не все телята вырастали в бычков и коров. А излишнего падежа не было. Был вынужденный убой. Суть вот в чем. Слабого теленка нужно еще выходить. Может быть, после он и окрепнет, встанет на ножки. Рекордсменом не будет, но взрослым бычком с убойным весом килограммов в 400 вполне может оказаться. Но то ли будет, то ли нет, а за падеж нужно отвечать сейчас. И не только премиями, а, может быть, и собственной зарплатой, если выяснится, по чьей вине это произошло. Риск! На ферме рисковать не хотели и, бывало, пускали телят под нож...

Конечно, вынужденный убой тоже нехорошо, за это по головке не гладят. А все же какая-никакая польза совхозу: если анализы мяса окажутся благополучными, его можно реализовать. И конкретных виновников вроде бы нет. Так учила Тюттерина главный ветврач совхоза Наталья Георгиевна Голубева, так считал бригадир Лабутин. И Сергей, не постигший еще тонкостей ветеринарных обязанностей, поначалу послушно выполнял все, что требовалось в подобных случаях. Но все чаще и чаще мучила мысль: почему так много молодняка идет в отход, гибнет? Ведь какое расточительство!.. Так ли уж непреодолима эта беда?

Постепенно он стал прозревать, понял, что при лечении нужно идти на оправданный риск и, если надо, брать ответственность на себя. А с падежом необходимо бороться, искореняя его причины. Однако для работников фермы это было ново, необычно, хлопотливо и непонятно. Вызывало раздражение. Тот же бригадир Лабутин говорил:

— Он все лечит, лечит... Не врачи, говорит, плохие, а корма и условия содержания негодные. А корма у нас не хуже, чем у других. Да, действительно в прошлом году крыша телятника прохудилась, но ничего страшного: вода по стене прямо в канализацию стекала...

Так и закрепилось мнение, что, мол, ветврачу больше всех надо.

В Степанькове Тюттерину выделили комнату, проявили заботу о молодом специалисте. Он полюбил это уютное село с аккуратными домиками, небольшими садами, с сосновым лесом, подступавшим вплотную к подворьям. Через лес можно было выйти прямо на ферму. Этим обстоятельством, как скоро заметил он, пользовались не только любители подышать настоянным на хвое воздухом. Кое-кому лесные тропы позволяли уберечься от постороннего глаза. Были и такие, что не стеснялись нести совхозное добро домой открыто. И вот этим «умельцам» Тюттерин объявил войну с первого дня. Ведь недоданный коровам комбикорм оборачивается недоданным совхозу молоком! Не раз и не два заставлял он высыпать похищенное обратно в кормушки.

Однажды чуть до драки не дошло. Доярка Нина Кашинкина после вечерней дойки шла по главной и единственной степаньковской улице, приладив к плечу мешок с комбикормом. Как на грех навстречу ей попался Тюттерин. Мимо он, разумеется, не прошел. А вечером в комнату Сергея ломились пьяные родственники и свояки Кашинкиной. Да и наутро, когда Тюттерин относил злополучный мешок обратно на ферму, на полдороге его догнал восемнадцатилетний сын Кашинкиной. «Много на себя берешь, доктор, — сказал он и угрожающе перегородил дорогу. — Смотри, бока наломаю».

Тюттерин не испугался. Потом был товарищеский суд, Кашинкину оштрафовали. «Много у тебя воруют, нельзя же так!» — в сердцах сказал Сергей бригадиру фермы. «Не у меня, а у государства. Пусть этим ОБХСС занимается», — отпарировал Лабутин. Тогда тоже появились у Сергея недоброжелатели. Их ряды время от времени пополнялись, когда он, например, обнаруживая грязь в доильных аппаратах, лишал доярок доплаты за чистоту молока. Но привыкли люди, почувствовали, что требует молодой ветеринар по справедливости и болеет не за себя, а за общее дело. И тащить стали меньше. А когда решили провести в Степанькове районные соревнования доярок, не последним соображением в этом выборе было хорошее санитарное состояние фермы.

Но Сергей и на этом не успокаивался. Он требовал, взывал, бил тревогу. Напрасно...

Отношения с начальством накалились. Его стали наказывать, изыскивая любой повод, упрекали в плохой работе, а когда он шел к администрации с доказательствами истинных причин происходившего, то от него попросту отмахивались.

Однажды по пути на ферму Сергей встретил Голубеву. «Что же ты животных не лечишь? — усмехнулась она. — Вот доярки жалуются». Он бросился на скотный двор, собрал доярок. «Кто жалуется, конкретно?» — спросил при всех Голубеву. Доярки молчали. Голубева покраснела и ушла.

А Тюттерин продолжал воевать.

«Прошу Вас посодействовать в оборудовании профилактория для новорожденных телят на МТФ Степаньково в целях ликвидации вынужденного убоя и падежа телят», — писал Тюттерин докладную на имя директора. «Прошу администрацию совхоза обстоятельно выявить причины и принять действенные меры по пресечению систематических хищений концентрированных кормов и молока...» — настаивал он. Эти заявления остались без ответа.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 10-м номере читайте о судьбе супруги князя Дмитрия Донского Евдокии, о жизни и творчестве Василия Шукшина, об удивительной  «мистификации против казнокрадства», случившейся в нашей истории, о знаменательном полете Дмитрия Менделеева на воздушном шаре, о героическом подвиге сестры милосердия Риммы Ивановой, совершенном в сентябре 1915 года, новый роман Анны и Сергея Литвиновых «Вижу вас из облаков» и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

…Перенести на полотно

Творческая мастерская

Контрасты Ямбурга

Нефть и газ, добываемые в недрах Тюмени, стали основой экономического развития страны, в большой мере определяют успехи всего народного хозяйства

Владимир Парфенович

Спортивный автограф