Стрижка под ноль

Анна Мазепа| опубликовано в номере №1500, ноябрь 1989
  • В закладки
  • Вставить в блог

Два года назад безвестный научный сотрудник столичного НИИ Артем Тарасов положил на счет недавно зарегистрированного кооператива «Техника» несколько тысяч рублей — все, что осталось ему в наследство от родителей. К февралю нынешнего года счет вырос до сорока миллионов...

— Не туда ты, парень, полез, — заботливо увещевали Артема в одном высоком кабинете. — Хотелось заработать? Так ты бы трусы или майки шил — у нас нехватка. Булочки бы пек. А то взялся за внешнюю торговлю! Нет вое это дело — государственное! Мы тут сами разберемся.

Противостояние Тарасова и монополии длилось полтора года. А сражение началось в конце февраля 1989-го, с того дня, когда коммерческий директор «Техники» пришел сдавать свои партвзносы — девяносто тысяч с зарплаты в три миллиона.

Это переполнило чашу терпения парторга, который уже делал в том же партбилете отметки о внушительных взносах в партийную кассу. Сославшись на то, что такая пачка купюр не помещается в сейф, из парткома срочно так звонили в Московский горком.

И пошли косяком в кооператив проверяющие комиссии. Последняя — из контрольно-ревизионного управления Минфина СССР. Банковские операции кооператива были приостановлены. Банк стал отсылать деньги, приходящие на счет «Техники» по выполненным договорам, обратно клиентам с формулировкой: «из-за нарушений кооперативом устава». А Тарасову объяснили кратко: «Был звонок».

На самом деле это быть приговор.

Артем пошел к журналистам. Его внимательно слушали, кивали головами, обещали помочь. Teм временем Минфин давил ненавистное дитя перестройки. И теперь кооператив практически завершил свое существование, его руководители разбрелись кто куда...

..В «Технике» собрались люди с интереснейшими научными идеями; их открытия и изобретения лежали годами без реализации. А почему бы, подумали они, не создать кооперативное производство, чтобы внедрить лучшие изобретения? Кроме нас самих, этого никто не сделает.

Собственное производство требует больших денег. Стали думать, на чем можно хорошо заработать. Начали с изучения рынка спроса. Тонны отходов различных отраслей народного хозяйства гниют, развеиваются ветром, размываются дождями: нет технологий переработки или есть, но неэффективные. А на западном рынке бросовое, на наш взгляд, сырье имеет приличную цену. Поэтому было решено собирать по стране эти отходы и отправлять за границу. А взамен получать то, что крайне нам необходимо и чего катастрофически не хватает, — компьютеры.

Как все просто!..

Когда просочились в печать сведения о миллионных зарплатах работников «Техники», появились слухи. Самый устойчивый, живущий до сих пор, — о том, что кооператив гнал за границу остродефицитное и даже стратегическое сырье, прикрываясь мифом о бросовых отходах.

— Но в действительности кооператив имел дело с неликвидами, сверхнормативными запасами, — говорит Артем. — Мы подсчитали: на начало 89-го года в стране было около тридцати видов бросовых отходов-продуктов. Например, подсоленные шкуры домашних животных, которые в необозримых количествах утрамбовывают в почву там, где скот забивают на мясо. Перерабатывать их у нас еще не научились. Специалисты «Техники» разработали метод утилизации шкур, что позволило продавать их по два доллара за килограмм.

Еще пример. Полуфабрикат, химической промышленности трикальция фосфат. Выпускает его подмосковный Воскресенский химкомбинат в таких количествах, которые производители фосфатных удобрений «переварить» не могут. В документах, ограничивающих вывоз химической и минеральной продукции, именно кормовые фосфаты выделены отдельной строкой в качестве разрешенных. А обмен пятидесяти тысяч тонн трикальция фосфата на тысячу двести восемьдесят компьютеров — самый внушительный контракт «Техники». До начала лета в страну должны были поступить компьютеры на сумму 146 миллионов рублей. Для ввоза этой техники, не будь предприимчивых кооператоров, пришлось бы потратить одиннадцать с половиной миллионов долларов из государственной казны.

Скупой платит дважды: воспротивилась ведомственная власть, позарилась на доходы кооператоров, придется теперь выкладывать эти кругленькие валютные суммы. А то, что платить придется, сомнений нет: современные научные разработки не просчитать логарифмической линейкой. Страна не получала реальной валюты от деятельности кооператива, но ведь к нам была завезена уникальная техника, подчас не имеющая отечественных аналогов!

В США в новом финансовом году планируют израсходовать на развитие информационного комплекса, а точнее на компьютеры и телекоммуникации около 18,5 миллиарда долларов, что на 5,5 процента больше, чем в текущем году. Так это США — уже набитые компьютерами! А у нас...

Какие только обвинения не летели в адрес «Техники»: «перекупщики, спекулянты, на нас наживаются...» Собственно компьютеры не стали непосредственным предметом купли-продажи «Техники». Кооператоры, а среди них оказались наши первоклассные программисты (по мнению компьютерного специального американского журнала «Байт», входящие в десятку лучших в мире), снабжали компьютеры пакетами программ и продавали их уже как собственный продукт. Покупателями стали госпредприятия и научные институты. Продажа шла по цене в два раза ниже государственной.

Все до единой сделки кооператив осуществлял через государственные внешнеторговые организации (они имели до 12 процентов суммы сделки, причем предпочитали получать свою долю не деньгами, а компьютерами). Их работа заключалась только в наблюдении за ценовой политикой и в подписании контракта. Все остальное было делом кооператива, в том числе и поиски выгодного партнера.

— Ничего не хотят делать — только наживаться на посредничестве!.. — Артем кипятится. — Но им же все позволено. Они неторопливы, мусолят бумаги по полгода. На их языке это называется «изучать рынок». Рынок, который за полгода меняется несколько раз! Как, впрочем, и выгодный партнер уходит, не дождавшись. Такое бывало у нас не раз, срывались отличные контракты. Но порядок есть порядок, и мы вынуждены были прибегать к посредничеству Внешторга, отдавая немалые суммы. Сейчас эти организации стали создавать при себе кооперативы, которые берут деньги уже за «посредничество в квадрате»: между собственно внешнеторговой фирмой и клиентом. Представьте кооператив, созданный при Министерстве культуры, который добивается у своего же ведомства разрешения на вывоз за границу, предположим, картин. А какие возможности в этом плане открываются перед кооперативом, созданным, к примеру, при Совмине! Это, конечно, шутка, но я уже знаю в Москве кооператив, семь членов которого имеют «кремлевский паек»...

Если уж говорить о льготах и привилегиях в кооперативной среде, то «Техника» тоже не обойдена вниманием влиятельных организаций. К ней благоволит, к примеру, Министерство юстиции СССР. Причем настолько, что до разгромных санкций в отношении кооператива оно воплощало в жизнь вместе с «Техникой» комплексную программу по оснащению народных судов вычислительной техникой. Существовал долгосрочный контракт. Минюст предлагал и другие совместные работы. Первый заказ Минюста был такой: отремонтировать и оснастить вычислительной техникой здание Сокольнического районного нарсуда в Москве. Кооператив сделал это, да так, что туда стали водить делегации и демонстрировать успехи отечественного судопроизводства. Водят и по сей день. После этого кооперативу предложили участвовать в комплексной программе. То есть, сначала испытав в деле. И это принципиально. Но с подачи какого-то проверяющего пошли слухи о том, что среди членов кооператива есть родственники влиятельных лиц. Например, племянница заместителя Генерального прокурора СССР, и, мол, именно это стало залогом успешного сотрудничества Минюста и «Техники». Племянница действительно работала машинисткой, но, по словам Артема, узнал он об этом тогда, когда претензии такого рода были заявлены.

В то время, как массовые проверки в кооперативе только начинались, Артем радовался. Он повторял: «Пусть все перетряхнут и увидят, что ничего противозаконного мы не делаем. Нам нечего бояться». Он с улыбкой предложил проверяющим из союзного Минфина использовать в их работе компьютеры, в память которых введена информация о всей деятельности кооператива. Финансисты отказались, сказав, что в расчет берут только реальные бумажки с печатями и подписями. Тогда Артем поставил перед проверяющими три огромных чемодана со всей документацией.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

Виджет Архива Смены