Слава Цукерман и его «Жидкое небо»

Дима Мишенин| опубликовано в номере №1738, август 2009
  • В закладки
  • Вставить в блог

Этот мир устроен неправильно!

Ау, люди, не пора ли задуматься об этом?

– Скажи, не было когда-нибудь чувства неудовлетворенности или неполноценности, из-за того, что ты не воплощаешь желания масс и не делаешь продукт массовой культуры, а все-таки являешься культовым и андеграундным артистом?

– «Жидкое небо» побило все рекорды сборов в США, Германии и Японии и, по-моему, эти рекорды все еще никем не перекрыты. В некоторых городах США фильм держался на экране больше четырех лет! Недавно, в связи с выходом моего нового фильма, критик Дан Персон вспоминал в своей рецензии, что «не было в Америке ни одного интересующегося кино человека, который не считал бы своим долгом посмотреть «Жидкое небо». Пару лет назад на Google насчитывалось пять с половиной миллионов упоминаний «Жидкого неба»! Только несколько фильмов Спилберга и Тарантино насчитывали более значительное количество упоминаний.

Я думаю, это вполне массовый успех. Какой уж тут комплекс неполноценности!

Фильмография Цукермана (избранное)

«Ночь на размышление». Документальный фильм, СССР, 1972.

«Москва не отвечает». Документальный фильм, Израиль, 1973.

«Жидкое небо». Фэнтези, США, 1982.

«Бедная Лиза». Драма, Россия/США, 2000.

«Жена Сталина Надежда» Документальное кино, США, 2004.

«Перестройка». Драма, США, 2009.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 6-м номере читайте об одном из лучших режиссеров нашей страны Никите Сергеевиче Михалкове, о  яркой и очень непростой жизни знаменитого гусара Дениса Давыдова, об истории любви крепостного художника Василия Тропинина, о жизни и творчестве актера Ефима Копеляна, интервью с популярнейшим певцом Сосо Павлиашвили, детектив Ларисы Королевой и генерал-лейтенанта полиции Алексея Лапина «Все и ничего и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

«Русский на чужой стороне»

Константин Коровин

Парижский романс

Эдуард Хиль был воплощением оптимизма на советской эстраде