Шлагбаумы на кривых дорогах

Игорь Дуэль| опубликовано в номере №1475, ноябрь 1988
  • В закладки
  • Вставить в блог

Шпарийчук разработал целый стратегический план его воссоздания. Зная, сколь ненадежны бывают партнеры по всяким деловым отношениям, Шпарийчук хотел подстраховаться от любых неожиданностей. А вдруг закапризничает торговля? Мало ли что может случиться — машины сломаются, закроют магазины на ремонт или еще какая напасть. Что тогда? Куда девать мгновенно портящийся улов? Чтобы прибрежный промысел не был подвержен никаким катаклизмам, Шпарийчук решил завести собственные колхозные холодильные емкости, а также перестраивать и расширять засольный, коптильный цехи. Будет в том реальная потребность — строить кулинарный, консервный.

Однако замысел свой Иван Алексеевич воплотить не успел — вскоре он был от председательской должности отрешен. А новое руководство «Нового мира» посчитало весь этот набор береговых обзаведении делом слишком хлопотным. Тем паче, как ни крути, и доныне главнейший показатель деятельности колхоза — вал, объем добычи. А его дают крупные суда на дальнем промысле. И тот мизер, что добавят «маруськи» — сущий пустяк, который никак не стоит трудной, требующей множества забот «возни».

А тут изменили правила рыболовства в заливе Петра Великого, и как раз к тому времени пришли в колхоз заранее заказанные МРСы. На них, естественно, сразу был спущен сверху план. И вышло в точности все то, чего опасался Шпарийчук. Торговля особого интереса к прибрежному лову не проявила — заказы давала крошечные, копеечные. Да и то требовала, чтоб улов колхозники доставляли в магазины сами. А исправных автомобилей на тот момент в «Новом мире» практически не имелось. Можно было еще вывернуться — сдавать рыбу береговым комбинатам, но с ними вовремя не заключили договоры.

В общем, промучившись с месяц, стали экипажи «марусек» досаждать колхозному руководству: что это за работа — ни плана, ни заработка. Деятели из правления «отфутболивали» их от одного стола к другому, что-то обещали, на что-то выражали надежду, но шло время, а ничего не менялось. В конце концов рыбакам сказали: захотите заработать, сами вывернетесь, найдете дело.

И они нашли.

«Хозяин, нет ли какой работы?»

Возвращаюсь памятью более чем на десять лет назад, когда ходил помощником капитана по политчасти на одном из траулеров «Нового мира». Судно, на которое меня направили, вело промысел в Беринговом море. Добирался я до своего траулера на «рыбацком извозчике» — пассажирском судне «Приамурье». И выпало мне стать свидетелем весьма характерного эпизода.

«Пассажир» наш вез большую партию рыбообработчиков — человек семьдесят, — на плавбазу, работавшую у северных берегов Сахалина. А когда добежали, разгулялся ветерок, пошла зыбь. О том, чтобы скинуть бот, не могло быть и речи.

Капитаны стали советоваться, за каким выступом берега лучше спрятаться. Сутки бегали от мыса к мысу. «Приамурье» впереди, а за ним тяжело топала медлительная плавбаза. Но ветер будто бы нарочно гонялся за судами: где несколько часов назад была тишь да гладь, пока добегали, поднималась зыбь.

Наконец капитан-директор плавбазы взмолился по радиотелефону:

— Не могу я так больше без толку шарахаться! Ваше-то судно зафрахтовано Дальрыбой. Плата посуточная! По морям крутитесь, в дрейфе ли валяетесь — все одно денежки капают. А у меня план горит. Рыба в цехах на исходе. Добытчики вопят — принимай. Я бы рад, да не могу — за вами бегаю.

Капитан «Приамурья» от всей души ему посочувствовал:

— Понимаю вас, понимаю, но за людей-то мне отвечать. А на бот их в такую погоду никак не посадишь. Велик риск!

Капитан-директор задумался, помолчал, потом спросил:

— А если не ботом забирать? Если эрэс вызвать, дадите добро?

— Эрэс? — переспросил капитан «Приамурья». — Рыболовный сейнер? Что ж, пожалуй! Посудина солидная. Да он-то согласится с промысла уйти? Ведь столько времени потеряет!

Капитан-директор, не сдержавшись, фыркнул в микрофон.

— Согласится! — выдавил он из себя, едва сдерживая смех.

А я мигом удрал из рубки, чтоб нахохотаться вволю. Только торговый моряк, ничего не знающий о промысле, мог задать такой наивный вопрос: согласится ли эрэс выполнить желание плавбазы? Да он в восторге будет! Да кликни сейчас капитан-директор добровольцев, сейнеры наперегонки побегут, хоть на сутки забросят добычу.

Почему? — спросите. Потому что прекрасно знают: плавбаза с ними щедро рассчитается. Чем? — спросите. Да той самой неучтенной рыбой! Запишут на него полтора-два суточных улова, и, когда будет сейнер, отходя от плавбазы, качаться на волне, покажется, что он кланяется благодетелю, словно официант, получивший щедрые чаевые.

Словом, согласился, конечно, первый же вызванный сейнер и доставил рыбообработчиков с «Приамурья» целехонькими.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере читайте о судьбе «русского принца Гамлета» -  императора Павла I, о жизни и творчестве Аркадия Гайдара, о резком, дерзком, эпатажном, не признававшем никаких авторитетов и ценившем лишь свой талант французском художнике Гюставе Курбе,  о первой женщине-машинисте локомотива Герое Социалистического Труда. Елене Чухнюк, беседу нашего корреспондента с певцом Стасом Пьехой, новый детектив Андрея Дышева «Жизнь на кончиках пальцев» и многое другое

Виджет Архива Смены

в этом номере

В графе «национальность»

Семья одна, национальности — разные. Плюсы и минусы смешанных браков с точки зрения социолога.

Крым: зона особого риска?

Строительство Крымской АЭС должно быть остановлено — таково мнение общественности. Обоснованно ли оно?