Шевиотовый рай

Виталий Василевский| опубликовано в номере №128, июнь 1929
  • В закладки
  • Вставить в блог

- Что? Хамство? Нет - с. Дудки... Я беспартийный футболист, я пьяница, но я фасон знаю - такому, засосанному руки не подам. Костюмы, гитары, канарейки, жены, растратчики.

- Причем тут растратчики? - спросил Тришин.

- Растратчики? - задохнулся Словоохотов и сразу же осекся: он понял, что залетел далеко. - Нет, это я так, - сказал он вяло.

7

Он смотрел на Костю Трофимова, стоящего в зеркале, высокого, худого, со впалыми щеками и прилизанными височками, в новом, шевиотовом, отменно сшитом костюме.

Костюм был тюрьмой, конвоем, плахой, чем угодно, только не костюмом. Он отнял у него ту незамечаемую свободу движений, которой он обладал, когда носил скудную трухлявую свою одежонку. Нельзя было, садясь, круто сгибать колени - брюки могли растянуться, нельзя мять спину, нельзя... да мало ли чего нельзя.

- Костенька, - зашептала Маша, останавливаясь в дверях. - Ну, иди сюда, посмотрю. Какой хороший! И тебе ужасно идет!

- Папа, знакомьтесь - Маша подтолкнута его к человеку, сидевшему в кресле.

Папа. Он сунул потную руку, буркнул сурово - «Егоров» и плюхнулся, подняв «Вечерку», в кожаное кресло.

- Сколько получаете? - осведомился он.

Мама. Она в бархатном платье с наколкой, задирая сухонькое личико, топталась у стола, звякая посудой.

- Сто пятьдесят! - брякнул Костя и, неистово покраснев, стал вязать в узелки бахромку скатерти.

- М - мм... Скажите! - затрепетал папа. - Мать! Слышишь?

- Дай бог, дай бог, - забормотала мама, отыскивая глазами кроткое сияние Иисуса из Назарета в переднем углу.

- Познакомьтесь, Мефодий Карлович, сослуживец, - сказал папа.

Костя поднял глаза. Лысый старичок, поднялся с кресла, обтряхивая усыпанные пеплом колени.

- Очень... очень... - затараторил он, приятельски улыбаясь. - Немного знакомы. Хороший костюм. Гершеле, правда, жулик, но в своем деле артист. Художник. Остаточки взяли?

- Нет, что вы! - опешил Костя.

- Напрасно... Напрасно, - сказал Мефодий Карлович и отхлебнул дымящийся чай, - вдруг порвется где или дырочка. При вашем сидячем образе жизни.

Звякнул колокольчик в прихожей.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 12-м номере читайте о писателе, которого сам «отец народов» называл   патриархом русской литературы – Алексее Максимовиче Горьком, о художнике Лейбе-Хаиме Розенберге, которого мы знаем как  Леона Бакста, о блистательной жизни и трагическом уходе  великой певицы XIX века  Евлалии Павловны Кадминой, о Екатерине Долгорукой – фаворитке, а затем и супруге Александра II, об  известном  шахматисте, журналисте, редакторе, авторе многих книг Юрии Львовиче Авербахе, ретро-детектив Натальи  Рыжковой «Сумерки богинь» и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

Дорогу молодым

«Счастливые кольца» - постановка выпускников ГТК